Вячеслав Котеночкин. Жизнь и судьба "русского Диснея".


Свой материал о Вячеславе Михайловиче Котеночкине я публикую немного раньше — за день до дня его памяти. 20 ноября 2000 г. его не стало. С тех пор прошло ровно 15 лет, а он по праву носит звание "русского Диснея". Любимый всеми детьми и взрослыми мультсериал "Ну, Погоди!" сделал его не просто знаменитым; своим шедевром он отобрал пальму первенства у Уолта Диснея, а творение всей его жизни давно стоит выше любой диснеевской бестолковщины. Спустя 5 лет после его смерти, сын мультипликатора, Алексей снял еще 2 выпуска "НП!", доведя их число до круглого счета — до 20! Почти 25 лет жизни понадобилось режиссеру, чтобы его творение и сегодня транслировали по всем телеканалам страны. "Ну, Погоди!" — это не просто мультсериал, это гимн всей отечественной мультипликации наряду с озеровской эпопеей "Освобождение". Я считаю его королем не только отечественной, а вообще — мировой анимации, чье имя никогда не будет поколеблено. Ему было 73 года, когда он нас покинул, оставив после себя замечательное художественное наследство.
 



Советский режиссёр-мультипликатор, художник и художник-мультипликатор. Постановщик мультфильмов «Котёнок с улицы Лизюкова», «Попался, который кусался!», «Баня», «Лягушка-путешественница», «Странная птица», «Ну, погоди!», «Старая пластинка». Народный артист РСФСР (1987). Лауреат Государственной премии СССР (1988) — все это о нем. Вячеслав Михайлович Котёночкин родился 20 июня 1927 года в Москве. Одно из самых ярких воспоминаний его детства – новогодняя ёлка в Колонном зале, где показывали мультфильмы. Тогда он увидел их впервые. Нельзя сказать, что в тот же миг он принял решение посвятить свою жизнь анимации, но след в душе это событие оставило.

Котёночкин рано остался без отца – отец его умер от туберкулёза перед самой войной.

Как и многие мальчишки, Слава мечтал оказаться на фронте, и поступил в артиллерийское училище. Там он приобрёл военную специальность, и друзей на всю жизнь. А ещё научился играть на маленькой трубе под названием «корнет-а-пистон».

Война закончилась раньше, чем закончилась учёба в училище. Надо было устраивать свою жизнь. И тут произошла встреча, которая определила судьбу будущего аниматора. Котёночкин познакомился с выдающимся мультипликатором Борисом Дёжкиным, который, узнав о том, что его новый знакомый когда-то занимался в изостудии при Дворце пионеров и немного рисует, посоветовал ему попытаться поступить на курсы художников-мультипликаторов при студии «Союзмультфильм».

Конкурс был огромный, но Котёночкину повезло, его приняли, и, что самое главное, он закончил эти курсы. Не всем принятым художникам это удалось – слишком специфическая это профессия – художник-мультипликатор. Кроме того, что надо отлично рисовать, надо чувствовать движение, обладать актёрским талантом, быть музыкальным…
Увлечение рисованием — и, по его собственному признанию, «легкомысленная фамилия» — привели Котёночкина на студию «Союзмультфильм». В 1947 году окончил курсы мультипликаторов при киностудии «Союзмультфильм» и начал работать на студии сначала художником-мультипликатором, а затем художником-постановщиком. С 1962 года — режиссёр.

Принимал участие в создании более 80-ти картин. Увлекался «одушевлением» ритмических, «быстрых» эпизодов. Как режиссёр часто снимал сюжеты для киножурнала «Фитиль», делал мультипликационные вставки для художественных фильмов «Путешествие в апрель» и «Всё для вас».
Большую популярность заслужил у зрителей мультфильм «Лягушка-путешественница» (1965), однако слава пришла к Котёночкину после создания мультфильма «Ну, погоди!» (1969). Приключения Волка и Зайца пользовались огромной любовью зрителей, и по многочисленным просьбам и взрослых, и детей создатели сериала не раз снимали новые серии.
Началась работа на Студии. Котёночкин участвовал как мультипликатор в огромном количестве фильмов, работал с разными выдающимися режиссёрами, классиками советской анимации, учился у них.
В начале 1960-х годов Котёночкин пробует себя в качестве режиссёра. Дебют был удачным – один из первых его фильмов – «Следы на асфальте», получает серебряную медаль на фестивале в Будапеште.

А в 1968 году выходит первая серия «Ну, погоди!». Ни до, ни после ни один отечественный мультфильм не имел такого оглушительного успеха у зрителя. Мешками приходили письма, проводилось бесчисленное количество творческих встреч во всех уголках страны. Зрители просили продолжения. И фильм, который изначально не планировался как сериал, стал самым длинным мультсериалом советских времён.

Параллельно с «Ну, погоди!» Котёночкин создал ещё несколько замечательных фильмов. Персонажам одного из них – «Котёнок с улицы Лизюкова» даже установлен памятник. В Воронеже, на улице Лизюкова – там, где разворачиваются события фильма.
Тогда авторы и не думали о сериале, сняли лишь одну десятиминутную новеллу про хулигана Волка и обаятельного Зайца. Но после того как фильм показали по телевидению, пришло очень много писем с просьбами о продолжении. Мультфильм был интересен не только детям, но и взрослым. Вячеслав Котеночкин сам подбирал для мультфильма музыку, которая, как известно, сыграла свою немаловажную роль.
Например, в одной из сцен Волк насвистывает мелодию из фильма "Вертикаль" — это отсылка к Владимиру Высоцкому, который изначально должен был озвучивать Волка. Его кандидатуру как "слишком одиозной фигуры" не одобрили на худсовете.
Со Светозаром Русаковым
Вячеслав Котёночкин мечтал когда-нибудь создать большой, полнометражный фильм, и в конце 1980-х, начале 1990-х годов началась работа над «Русланом и Людмилой». Совместно с замечательным художником Геннадием Новожиловым была проделана огромная подготовительная работа. Но времена были тяжёлые, и проект не состоялся. Жаль.

С супругой, Тамарой Вишневой
Но и того, что сделано, хватило бы и на две жизни. Глядя на фильмографию Котёночкина поражаешься – как много успел сделать этот человек! И сколько улыбок он подарил нескольким поколениям зрителей. У него было много правительственных наград, званий, но больше всего он гордился Орденом Улыбки, который ему в конце 1980-х годов вручили польские дети. Cерия фильмов «Ну, погоди!» принесла Вячеславу Котёночкину славу не только в СССР, но и практически во всех социалистических странах. В Болгарии появилось кафе «Ну, погоди!»

"Дружба начинается с Улыбки". Орден Улыбки, подаренный польскими детьми В.М. Котеночкину.
Стоит добавить, что создавая своих анимационных персонажей, Котеночкину очень ловко удавалось угадывать людей изнутри. Например, образ Волка был "списан" с одного из случайных прохожих на улице Москвы с неряшливым внешним видом. "Заяц и Волк — существа творческие, они обязательно еще вылезут на экран", — говорил Котеночкин в одном из последних интервью в 2000 году.
Семья режиссера-мультипликатора
Жена — Вишнева, Тамара — балерина
Сын — Котёночкин, Алексей Вячеславович — режиссёр-мультипликатор
Дочь — Котёночкина, Наталья Вячеславовна
Внучка — Екатерина Котёночкина, певица
Работы в качестве художника-мультипликатора:
«Лев и заяц» (1949)
«Полкан и шавка» (1949)
«Чужой голос» (1949)
«Волшебный клад» (1950)
«Дедушка и внучек» (1950)
«Крепыш» (1950)
«Олень и волк» (1950)
«Высокая горка» (1951)
«Лесные путешественники» (1951)
«Помни и соблюдай правила пожарной безопасности» (1951)
«Аленький цветочек» (1952)
«Каштанка» (1952)
«Снегурочка» (1952)
«Волк и семеро козлят» (1953)
«Братья Лю» (1953)
«Ворона и лисица, кукушка и петух» (1953)
«Золотая антилопа» (1954)
«Козёл-музыкант» (1954)
«Опасная шалость» (1954)
«Оранжевое горлышко» (1954)
«Стрела улетает в сказку» (1954)
«Необыкновенный матч» (1955)
«Ореховый прутик» (1955)
«Пёс и кот» (1955)
«Храбрый заяц» (1955)
«Это что за птица?» (1955)
«Кораблик» (1956)
«Маленький Шего» (1956)
«Миллион в мешке» (1956)
«Старые знакомые» (1956)
«Шакалёнок и верблюд» (1956)
«В некотором царстве» (1957)
«Волк и семеро козлят» (1957)
«Полкан и шавка» (1949)
«Чужой голос» (1949)
«Волшебный клад» (1950)
«Дедушка и внучек» (1950)
«Крепыш» (1950)
«Олень и волк» (1950)
«Высокая горка» (1951)
«Лесные путешественники» (1951)
«Помни и соблюдай правила пожарной безопасности» (1951)
«Аленький цветочек» (1952)
«Каштанка» (1952)
«Снегурочка» (1952)
«Волк и семеро козлят» (1953)
«Братья Лю» (1953)
«Ворона и лисица, кукушка и петух» (1953)
«Золотая антилопа» (1954)
«Козёл-музыкант» (1954)
«Опасная шалость» (1954)
«Оранжевое горлышко» (1954)
«Стрела улетает в сказку» (1954)
«Необыкновенный матч» (1955)
«Ореховый прутик» (1955)
«Пёс и кот» (1955)
«Храбрый заяц» (1955)
«Это что за птица?» (1955)
«Кораблик» (1956)
«Маленький Шего» (1956)
«Миллион в мешке» (1956)
«Старые знакомые» (1956)
«Шакалёнок и верблюд» (1956)
«В некотором царстве» (1957)
«Волк и семеро козлят» (1957)
«Знакомые картинки» (1957)
«Привет друзьям!» (1957)
«Храбрый оленёнок» (1957)
«Чудесница» (1957)
«Грибок-теремок» (1958)
«Кошкин дом» (1958)
«Лиса и волк» (1958)
«Первая скрипка» (1958)
«Сказка о Мальчише-Кибальчише (мультфильм)» (1958)
«Спортландия» (1958)
«Тайна далёкого острова» (1958)
«Янтарный замок» (1959)
«Три дровосека» (1959)
«Ровно в три пятнадцать» (1959)
«Похитители красок» (1959)
«День рождения» (1959)
«Лиса, бобёр и другие» (1960)
«Непьющий воробей. Сказка для взрослых» (1960)
«Светлячок № 1»(Весёлые картинки) (1960)
«Старик перекати-поле» (1960)
«Человечка нарисовал я» (1960)
«Дорогая копейка» (1961)
«Стрекоза и муравей» (1961)
«Баня» (1962)
«Дикие лебеди» (1962)
«Королева Зубная Щётка» (1962)
«Следы на асфальте» (1964)
«За час до свидания» (1965)
«Иван Иваныч заболел» (1966)
«Маугли. Похищение» (1968)
«Приключения волшебного глобуса, или Проделки ведьмы» (1982)

Режиссер:
«Путешествие в апрель» (1962)
«Мы такие мастера» (1963)
«Следы на асфальте» (1964)
«Лягушка-путешественница» (1965)
«Межа» (1967)
«Пророки и уроки» (1967)
«Фальшивая нота» (1969)
«Ну, погоди! (выпуск 1)» (1969)
«Ну, погоди! (выпуск 2)» (1970)
«Ну, погоди! (выпуск 3)» (1971)
«Ну, погоди! (выпуск 4)» (1971)
«Ну, погоди! (выпуск 5)» (1972)
«Песня о юном барабанщике» (1972)
«Ну, погоди! (выпуск 6)» (1973)
«Ну, погоди! (выпуск 7)» (1973)
«Ну, погоди! (выпуск 8)» (1974)
«На лесной тропе» (1975)
«Мы такие мастера» (1963)
«Следы на асфальте» (1964)
«Лягушка-путешественница» (1965)
«Межа» (1967)
«Пророки и уроки» (1967)
«Фальшивая нота» (1969)
«Ну, погоди! (выпуск 1)» (1969)
«Ну, погоди! (выпуск 2)» (1970)
«Ну, погоди! (выпуск 3)» (1971)
«Ну, погоди! (выпуск 4)» (1971)
«Ну, погоди! (выпуск 5)» (1972)
«Песня о юном барабанщике» (1972)
«Ну, погоди! (выпуск 6)» (1973)
«Ну, погоди! (выпуск 7)» (1973)
«Ну, погоди! (выпуск 8)» (1974)
«На лесной тропе» (1975)
«Ну, погоди! (выпуск 9)» (1976)
«Ну, погоди! (выпуск 10)» (1976)
«Ну, погоди! (выпуск 11)» (1977)
«Ну, погоди! (выпуск 12)» (1978)
«Кто получит приз» (1979)
«Ну, погоди! (выпуск 13)» (1980)
«Он попался!» (1981)
«Старая пластинка» (1982)
«Попался, который кусался!» (1983)
«Ну, погоди! (выпуск 14)» (1984)
«Ну, погоди! (выпуск 15)» (1985)
«Ну, погоди! (выпуск 16)» (1986)
«Котёнок с улицы Лизюкова» (1988)
«Ну, погоди! (выпуск 17)» (1993)
«Ну, погоди! (выпуск 18)» (1993)
«Попались все» (1998)

Сценарист:
«На лесной тропе» (1975)
«Старая пластинка» (1982)

Художник-постановщик:
«Мы такие мастера» (1963)
«Лягушка-путешественница» (1965)
«Странная птица» (1969)
«Весёлая карусель № 18. Под ёлкой» (1986)

Сюжеты из киножурнала «Фитиль»

Режиссёр:
«Вирус равнодушия. Реваншист» («Фитиль № 3») (1962)
«Собачий бред» («Фитиль № 54») (1967)
«А вот и я!» («Фитиль № 58») (1967)
«Зайкины рога» («Фитиль № 61») (1967)
«Дважды два» («Фитиль № 71») (1968)
«Есть ли жизнь на Марсе» («Фитиль № 80») (1969)
«Бегуны и опекуны» («Фитиль № 84») (1969)
«Безответственный ответственный» («Фитиль № 100») (1970)
«Весёлые ребята» («Фитиль № 126») (1972)
«Музыкальный эксперимент» («Фитиль № 134») (1973)
«Зубок» («Фитиль № 141») (1974)
«Сюрприз» («Фитиль № 145») (1974)
«Средняя индивидуальность» («Фитиль № 310») (1988)
«Нечистая сила (мультфильм)» («Фитиль № 315») (1988)

Сценарист: «Сюрприз» («Фитиль № 145») (1974)

В 1999-ом вышла книга его мемуаров "Ну, Котеночкин, погоди!". Похоронен режиссер на Ваганьковском кладбище.

"Ну, Погоди! Продолжение следует..." Интервью с Алексеем Котеночкиным.
— Алексей, мы знаем, что спустя тридцать семь лет после выхода первой серии «Ну, погоди!» вернулось. Уже отсняты 19 и 20-я серии. Кто первым предложил «заварить» это дело вновь?
— Александр Курляндский. Оптимизма это у меня не вызвало, и согласился я далеко не сразу: если бы что-то не сложилось, было бы очень стыдно. Когда мы только начинали, мне сон приснился, что иду я по парку и вижу, как Волк и Заяц сидят на скамейке и со значением на меня смотрят… А потом, когда первую цветную сцену собрали, я понял, что Волк и Заяц опять живы.

— Сколько лет вам было, когда вышла первая серия?
— Десять. Я воспринимал этот фильм точно так же, как и все дети нашей страны, — он мне безумно нравился.

— И поэтому решили стать мультипликатором?
— Нет, после школы было Строгановское училище. Специальность называлась «промышленный дизайн», а в Советском Союзе его не было. Поэтому после института я оказался в НИИ, где плакатным пером и красной тушью писал соцобязательства. И как-то вечером отец, оторвавшись от газеты, сказал: «Я тут фильм запускаю. Не хочешь стать художником-постановщиком?» Это была «Старая пластинка». Я, недолго думая, согласился, и потом мне это дело так понравилось, что я им до сих пор и занимаюсь.

— К сожалению, ушли из жизни Анатолий Папанов и Клара Румянова, блистательно озвучивавшие Волка и Зайца. В работе над новыми сериями вы используете их голоса?
— Просто есть актер Игорь Христенко и актриса Ольга Зверева. По моей просьбе они сохранили интонации любимых артистов, фамилии которых мы, конечно, упомянули в титрах.

— Кажется, «Ну, погоди!» — это не первая совместная работа вашего отца с Папановым?
— Еще до «Ну, погоди!» они работали на фильме «Межа». Там Папанов был Змеем Горынычем. Отец очень любил Анатолия Дмитриевича, ласково называл его «Папаныч». Если, переключая телевизионные программы, отец натыкался на фильм с участием Папанова, обязательно досматривал его до конца. А в работе у них всегда было полное взаимопонимание. Кстати, мало кому известно, что первоначально отец предлагал озвучивать роль Волка Высоцкому, но вышестоящие товарищи отвергли Владимира Семеновича как сомнительную личность.

— Успех фильма во многом был вызван узнаваемостью персонажей. Вам известно, где Вячеслав Михайлович нашел своих героев?
— Район, в котором мы жили в 60-е годы, — Звездный бульвар, панельные пятиэтажки. Из каждой подворотни там выползала колоритная публика. Выглядели они потрясающе: малиновые клинья вставляли в брюки-дудочки, получался клеш. В районе колена навешивали золотые цепочки с якорьками из табачных киосков. Особо отличавшиеся в кармане держали батарейки, а в штаны вшивали лампочки, и вечером все это у человека на ходу светилось. Прически, тельняшка, которая из рубашки виднелась, раздолбанные гитары с наклеенными красотками… В принципе, это и были прототипы Волка. К тому же после войны отец жил в районе Малаховки. Нравы там были, как у героев фильма «Место встречи изменить нельзя». В общем, полная малина. Широкая походка, «бычок» в углу рта — собственно, характер Волка так и возник.

— Почему романтический, приблатненный герой — лохматый, с гитарой, типа «пэтэушник», — оказался вдруг всем таким близким?
— Дело в том, что до «Ну, погоди!» мультфильмы были либо сказками с моралью, либо эстетскими поисками для взрослых. А тут начался психоз. Я сам видел, как тетенька в первом ряду в кинотеатре «Баррикады» во время сеанса упала со стула и корчилась в конвульсиях от хохота.

— Разве в «Ну, погоди!» мораль совсем отсутствует? Волк — разгильдяй и курит, это плохо. Заяц — маленький, но смелый и находчивый, это хорошо.
— Если подумать, то Заяц тоже вызывает некоторые вопросы. Он вроде бы ребенок, но живет самостоятельно, имеет квартиру, ездит на курорты. И потом… Непонятно, он мальчик или девочка. Это дало кому-то повод в интернете фантазировать на «голубую» тему. Тем более что между Волком и Зайцем случаются и объятия, и поцелуи. Я, конечно, шучу. Отец на полном серьезе делал фильм на тему «Не обижай маленького, а то сам попадешь в смешную историю». А уж что получилось...

— Как вы считаете, Алексей, если бы Вячеслав Михайлович увидел вашу работу, ему понравилось бы?
— Не так давно был день его памяти. Пришли друзья-аниматоры. Мы съездили на кладбище, а потом посидели в ресторане. Была возможность посмотреть DVD. Мультфильм оценили высоко, сказали, что это настоящее «Ну, погоди!» и отец был бы доволен.

— Дочь Катя видела эту вашу работу?
— Кате в конце ноября исполнилось двадцать четыре года. Закончила Институт современного искусства и сейчас — солистка музыкального театра. Посмотрев «Ну, погоди!», Катерина сказала: «Молодец, папа!» Но особенных обсуждений не было.

— Она ведь тоже Котёночкина?
— Вы знаете, все говорят: «Ой, ну понятно — такая фамилия...» А фамилия эта всю жизнь давит. Потому что у любого известного человека есть огромное число друзей, но, как правило, врагов еще больше. И по наследству тебе достается вместе с друзьями полный комплект завистников, недругов и так далее. Ты при встрече вежливо раскланиваешься и уверен, что перед тобой приятный, хороший человек, а потом выясняется, что это твой лютый враг. Все это было и никуда не делось, до сих пор есть. Но сейчас я взрослый и мне гораздо проще с этим существовать, чем в то время, когда мне было, допустим, семнадцать-восемнадцать лет… Сегодня имидж у меня сложился что надо. А тогда… Нынче все знают, что такое «черный пиар». Двадцать пять лет назад такого словосочетания никто не слышал. Но явление существовало! И когда я пришел на студию, некоторые граждане бегали по съемочным группам и обливали меня помоями: «Тупой, бездарный… Да и чего ждать от детей гениев?»

— А когда вы впервые ощутили, что Котеночкин — это круто?
— Наверное, когда в нашем придворном, как я всегда его называю, кинотеатре «Космос» на Звездном бульваре была творческая встреча с отцом и показывали первые серии «Ну, погоди!». Было это в зимние каникулы, и в «Космосе» собрались все дети окрестных школ. И Василий Борисович Ливанов со сцены говорил теплые слова в адрес моего отца, который на этой же сцене находился. Мне было лет тринадцать-четырнадцать, я сидел в зале, и, конечно же, было безумно приятно. Матушка сидела рядом и просто рыдала, потому что она тоже была в восхищении от того, какой Вячеслав Михайлович, со слов Василия Борисовича, хороший. Умилительная была сцена.

— При существующем в те годы дефиците на все фамилия Котеночкин помогала в решении каких-то бытовых проблем?
— Для того чтобы фамилия помогала, ее обладатель должен был прикладывать некие усилия и иметь к этому талант. Отец совершенно не умел ничего этого делать. Поэтому никаких материальных прибытков мы не получили.

— А по Москве ходили слухи, что Котеночкин — миллионер. Что у него какие-то роскошные машины американские и прочее?
— На самом деле ближе лишь к четвертой серии «Ну, погоди!» с трудом наскребли денег на «Запорожец». На нем Котеночкин потом долгие годы и разъезжал.

— Как ваша мама относилась к отсутствию материальных благ? Споры по этому поводу происходили?
— Да мама сама была точно такой же. Всегда безумно стеснялась, если надо было врачу, допустим, коробку конфет подарить. Иногда, конечно, конфликты возникали. Отец был натурой широкой, мог снять свою фамилию из титров для того, чтобы его сотрудник получил премию побольше, совсем не задумываясь о том, что сам-то в результате получит меньше. Он отказался от своей очереди на квартиру, так как уже подходила мамина. И та квартира, от которой он отказался, была гораздо лучше. Но ни отец, ни мать потом об этом не жалели. А наша квартира была жилой площадью 24 метра. И в ней жили папа, мама, я и еще бабушка на раскладушке.

— Как вы считаете, какую роль сыграл Вячеслав Михайлович в вашем становлении? Каким он был отцом?
— Отец знал стольких людей! Например, он брал меня погулять, и мы шли куда-нибудь в детский парк. И там оказывалось, что он прекрасно знаком с хозяином пневматического тира, и мне давали бесплатно пострелять. Или в парке Горького лучший его друг оказывался надзирателем за всеми каруселями, и я до посинения на этих каруселях крутился. Или в саду «Эрмитаж» какой-нибудь приятель был киномехаником, и мне показывали фильм «Тарзан», который нигде никому не показывали. Все это было удивительно и забавно… Ну и, естественно, хождения по музеям тоже были. У меня сохранился цветной слайд — мы с отцом в зоопарке. Я его отсканировал, и теперь у меня есть цветная фотография из тех времен, большая редкость.

— Есть у вас какое-нибудь яркое воспоминание детства, связанное с Вячеславом Михайловичем?
— Мне было уже семнадцать лет. В 1975 году в связи с полетом «Союза-Аполлона» между нами и Америкой наступило потепление. И отцу удалось попасть в Штаты в составе туристической группы от Союза кинематографистов. Я попросил его привезти пластинку какой-нибудь из моих любимых групп. Тогда купить их было невозможно. Или возможно, но за космические деньги. Средней зарплаты советского человека с трудом хватало на один виниловый диск. Я составил список из восьми групп, не веря, что в Америке в магазине есть все… Через 20 дней отец вернулся и сунул мне в руки толстую пачку неподъемного веса: «На!». Я не понял, стал распаковывать и оказалось, что там восемь дисков всех моих любимых групп. И все последнего, 1975 года. Я затрудняюсь припомнить, когда еще испытывал такое счастье.
Но это не было широким жестом. Просто в магазине отец, как говорится, «попал». Он достал мою бумажку и впихнул продавцу: «One disk». Тот удалился и принес восемь уже упакованных дисков! А отказываться от них папе, как советскому человеку, было стыдно.

— Алексей, а когда вы в последний раз видели своего отца?
— Это было 18 ноября 2000 года. Осень, опавшие листья, больничная палата и серое небо за окном.
Он сильно болел — произошла закупорка кровеносных сосудов. Кровь не поступала к ногам, и началась гангрена. Нужно было проводить ампутацию, но в его возрасте это смертный приговор. Отец страдал, нервничал, случился инсульт и паралич половины тела. Последние полгода были кошмарными, но он очень стоически ко всему относился. Никогда не жаловался, был в полном уме и замечательной памяти, все прекрасно понимал и очень по этому поводу грустил...

— Как вы оцениваете сегодняшнее состояние российской анимации?
— Мультфильмов сейчас делается больше, чем в советское время. В РСФСР ведь было всего две такие студии — «Союзмультфильм» и творческое объединение «Экран» в Останкине. За последние годы появилось много симпатичных работ, в том числе полнометражных: «Щелкунчик», «Алеша Попович»… Эти фильмы ездят по всему миру и на всех фестивалях занимают какие-то призовые места.

— Если сравнить нашу фестивальную анимацию с зарубежной, за последние годы есть какие-то изменения?
— Абсолютно никаких. В прошлом году я был на фестивале в Чехии и удивился, что все по-прежнему. В эстетской анимации нет сдвигов ни в лучшую, ни в худшую сторону. А что касается коммерческой, которую показывают в кинотеатрах, то тут нам трудно конкурировать: нет денег. Дайте десять процентов американского бюджета, выделяемого на один фильм, и мы сделаем гораздо круче…

Похожие статьи:

Видеоролики"Что делать?" СССР: Опыт, нуждающийся в осмыслении

ПолитикаЗа что Запад ненавидит Русских

Вторая мировая войнаВторая мировая началась не в 39-м

ПолитикаУничтожим «Совок»!

Вторая мировая войнаДве капитуляции Германии

Magyar Szabad

рейтинг

0

просмотров

3460

комментариев

0
закладки

Комментарии