Опубликовано: 25 ноября 2011

рейтинг

+2

В тяжелых боях за Калинин


2011 год предложено объявить в Верхневолжье Годом воинской славы. В декабре будем отмечать 70-летие освобождения нашего областного центра от немецкофашистской оккупации. Не все события тех дней широко известны. Сегодня нелишне будет о них поговорить.

К 1 декабря 1941 года в составе Калининского фронта было три армии – 22я, 29я и 31я. Фронт не имел бронетанковых войск. Военновоздушные силы фронта имели только 83 самолета, но из них лишь 31 боевой и исправный. Артиллерия фронта состояла из 22 пусковых установок реактивных систем залпового огня – «Катюш», 980 орудий и минометов. Но при этом из 980 орудий 257 составляли артиллерию Резерва Главного Командования, которую редко применяли на поле боя с врагом.

Германские войска 9й полевой армии имели большое превосходство над войсками Калининского фронта. Против 153 тысяч вражеских солдат только около 100 тысяч человек к 1 декабря 1941 года.

В полосе фронта у врага было 2198 орудий и минометов против 980 советских. Только в районе Калинина было до 60 германских танков и много бронемашин, а у советских войск здесь к началу наступления танков не было.

По замыслу Главного Командования, фронт уже 4 декабря должен был перейти в наступление не только с задачей освободить Калинин, но и содействовать войскам Западного фронта в разгроме ударной группировки врага в районе Клина.

Но генерал И.С. Конев заявил, что фронт к наступлению 4 декабря не готов, и добился переноса его на сутки. К 5 декабря 1941 года враг успел дополнительно укрепить оборонительные рубежи, заранее созданные под Калинином и в черте города. Более высокий правый берег Волги фашисты сделали круче за счет специальных срезов земли. Все участки берегов Тверцы и Волги, у которых имелись вражеские позиции, обледенялись. Перед первой позицией был ледяной вал, а местами – снеговые заборы высотой до двух и трех метров. Для создания укрытий огневых средств и зимних укреплений местное население под угрозой расстрела заставляли работать и носить воду для устройства ледяных валов не только из реки, но и из колодцев.

Германская линия обороны 129й и 161й пехотных мотомеханизированных дивизий, усиленных танками непосредственной поддержки пехоты и бронемашинами, в районе города проходила по рубежу: реки Волга – Тверца – Исаевский ручей – деревня Барминовка. Это была система дзотов и скрытых огневых точек по берегам рек, опорных пунктов, пулеметных гнезд и засад автоматчиков. Все узлы сопротивления врага были в огневой связи, во многих прибрежных и угловых зданиях улиц заранее создали амбразуры для ведения фронтального и флангового огня. На ряде участков вкопали в землю танки, превратив их в мощные огневые точки, создали перед первой позицией минные поля и волчьи ямы – ловушки с фугасами и кольями на дне.

Заранее готовились германские войска к суровой русской зиме. Еще до нападения на СССР для значительной части вермахта подготовили кроме обычного и специальное зимнее оснащение. Но изза сильного сопротивления Красной Армии и диверсий советских партизан по путям сообщений, автомобильному и паровозному парку вермахта обычное зимнее обмундирование поступило на германский фронт в Россию частично в декабре 1941 года, а специальное зимнее обмундирование доставили лишь в январе 1942 года.

Не получая необходимого из своих запасов, захватчики отбирали теплые вещи у местного населения. Красноармейцы Калининского фронта уже в ноябрьских боях 1941 года на трупах убитых врагов находили надетые поверх шинелей крестьянские полушубки, женские шубы, зимние пальто и обмотанные вокруг шеи одеяла…

К 5 декабря 1941 года Калининский фронт занимал полосу обороны в 254 километра. По плану Калининской наступательной операции войска 31й армии должны были перейти в наступление и освободить город Калинин. Войска 22й армии оставались в обороне, а 29я армия должна была частью сил сковать врага путем проведения отдельных атак и активной обороной на широком фронте. В 31ю армию передали все 22 боевые машины пусковых установок «Катюша». Но в армии оказалось мало минометов.

Прорыв вражеской обороны готовили на трех узких участках шириной в полтора километра. Они были удалены друг от друга на 7–8 километров. На направлении главного удара должны были наступать 250я и 119я стрелковые дивизии, а на вспомогательном направлении – 256я и 5я стрелковые дивизии, которые сражались за город Калинин еще с 13–14 октября 1941 года. Время артподготовки установили в 45 минут. После первого огневого удара, через полчаса, предусмотрели «период молчания» артиллерии. В течение пяти минут советская пехота должна была кричать «Ура!», но не сходя с места. Затем планировали нанесение второго огневого удара на 10 минут с целью подавить и уничтожить вновь выявленные огневые точки, боевые средства и живую силу врага.

После атаки переднего края обороны немцев красноармейцы должны были форсировать по льду Волгу, выйти на рубеж Бобачево – Старая Ведерня, а затем продвигаться в глубь вражеской обороны.

В 29й армии, переходящей в атаки лишь частью сил, в ударную группу вошли 246я, 252я и 243я стрелковые дивизии.

Но дивизии 29й армии развернули для боя в одном эшелоне, резерва изза недостатка сил не создали. Каждая дивизия прорывала вражескую оборону на узких участках, в полтора километра. Для развития успеха на направлении главного удара намечали ввести в бой 262ю стрелковую дивизию из резерва фронта.

Наиболее мощную артиллерийскую группу огневой поддержки пехоты создали в полосе 634го стрелкового полка 119й стрелковой дивизии. Здесь развернулись четыре артдивизиона.

Стремились не допустить контратак врага из леса югозападнее и восточнее Эммауса и со стороны деревни Голениха, а также с юговосточной окраины города. Но единственный на Калининском фронте 873й противотанковый артполк оказался не в 31й армии, а в войсках 29й армии, причем три его батареи были на второстепенном направлении.

По боевому приказу командующего 31й армией генерала В.А. Юшкевича вменялось: «выход на исходный рубеж для атаки произвести в период артиллерийской подготовки с таким расчетом, чтобы атаковать передний край противника в 13 часов… Конец артиллерийской подготовки должен являться приказом для броска в атаку…»

Но первыми атаковали врага не войска 31й армии, а две левофланговые дивизии 29й армии генерала И.И. Масленникова. Они начали наступление 5 декабря 1941 года в 11 часов утра, после 30минутной артиллерийской подготовки. Переправившись по льду через Волгу под прикрытием артиллерии, части 252й и 246й стрелковых дивизий к исходу дня 5 декабря уже вышли на дорогу Красново – Мигалово, но на этом рубеже были остановлены сильным огнем врага. Части 243й стрелковой дивизии, атаковавшие позиции фашистов в Затверечье, на северной окраине Калинина, 5 декабря не добились успеха. Наступая на трех узких (от одного до полутора километров) участках прорыва, красноармейцы попадали под сильный огонь врага с флангов и вынуждены были прекращать атаки…

В 13 часов 5 декабря 1941 года после 45минутной артиллерийской и авиационной подготовки перешли в наступление войска 31й армии. Но они медленно продвигались вперед. Советская авиация и артиллерия нанесли удары по узлам германской обороны в районе Эммауса и в полосе наступления 256й стрелковой дивизии – по Малым Перемеркам и Элеватору. В момент форсирования по льду реки Волги огонь по врагу вели прямой наводкой до половины всех орудий, установленных на позициях вдоль речного берега. Часть советских огневых средств смело пошла на штурм крутого берега, занятого фашистами. При захвате отдельных опорных пунктов и узлов сопротивления врага орудия выкатывались на открытые позиции для отражения его контратак.

6 декабря 1941 года, отразив ряд германских контратак, 250я стрелковая дивизия понесла потери, дрогнула и под давлением противника оставила Ошурково и Эммаус, отойдя к Волге.

После этого ряд трусов и паникеров были отданы под суд военного трибунала. 250ю дивизию пришлось отвести в тыл. Командующий 31й армией ввел в бой свой резерв – 262ю стрелковую дивизию. Части ее в ночном бою, перед рассветом 7 декабря, смогли выбить противника из Эммауса и закрепиться в нем.

В 12 часов 7 декабря 31я армия возобновиля наступление. После залпа из пусковых установок «Катюша» 3го гвардейского минометного дивизиона враг оставил Прибытково, не дожидаясь атаки советской пехоты. 256я стрелковая дивизия нанесла удар с фланга и овладела Никифоровкой. Части 262й стрелковой дивизии заняли Ошурково и Прибытково, завязали бои за Мятлево и Коленовку. Но враг постоянно контратаковал. Отставала от пехоты артиллерия, слабела огневая поддержка атак. Но генерал И.С. Конев продолжал удерживать значительную часть своей артиллерии в тылу, на левом берегу Волги, опасаясь, «как бы чего не вышло». Генерал Юшкевич потребовал от Конева переправить часть тяжелой артиллерии на правый берег Волги. Только в ночь на 8 декабря И.С. Конев решился начать эту переправу.

Перед переправой провели инженерную разведку, которая выяснила, что лед толщиной от 35 до 37 сантиметров не везде позволяет переправить через Волгу тяжелую технику и орудия. Поэтому пришлось на ряде участков реки сделать специальные настилы из брусьев и досок, усиливающих лед. В течение дня 8 декабря шли упорные бои. Враг активно оборонялся, предпринимая частые контратаки пехотой и танками, сковывая продвижение советских бойцов умелым маневром в обороне и сильным огнем из своих опорных пунктов. Но части 256й стрелковой дивизии овладели деревней Котово. А части 119й Сибирской Красноярской стрелковой дивизии 8 декабря захватили станцию Чуприяновка.

С утра 9 декабря бои разгорелись с новой силой. Части 31й армии расширили прорыв обороны врага до 20 километров и к исходу 9 декабря вышли на рубеж Кольцово – Котово – станция Чуприяновка. В районе Элеватора атаки советской пехоты поддержали огнем прямой наводки из тяжелого орудия весом более 17 тонн, которое на руках, по глубокому снегу, под вражеским огнем выдвинули вперед, на открытую позицию. Из 50 снарядов, выпущенных прямой наводкой, 43 попали в цель. Элеватор загорелся. Но он был превращен врагом в крепостной форт, вооруженный пулеметами, минометами и орудиями.

По приказу генерала И.С. Конева 10 декабря 1941 года войска 29й армии получили задачу: силами 246й, 252й и 243й стрелковых дивизий наступать в направлении Мамулино и ударом с югозапада овладеть Калинином. Конев уже сомневался в способности 31й армии освободить город своими силами. Он передал 31й армии из резерва фронта 247ю стрелковую дивизию и отдельный танковый батальон, требуя окружить и уничтожить противника в районе Калинина. Частям 256й, 247й стрелковых и 54й кавалерийской дивизий с приданным им танковым батальоном было приказано наступать в направлении на Лебедево, Мамулино во взаимодействии с частями 29й армии. Остальными силами 31й армии Конев приказал продолжать наступление в югозападном направлении.

Но 29я армия в боях 11 и 12 декабря не добилась успеха. Только полк из состава 246й стрелковой дивизии сумел вновь переправиться через Волгу и овладеть деревней Красново.

Одновременно нарастал боевой успех армий правого фланга Западного фронта, и начался общий отход германских войск от Москвы. Потребовались более решительные действия от командующего войсками Калининского фронта генерала И.С. Конева. Учитывая его колебания во вред сложившейся боевой обстановке, И.В. Сталин в ночь на 13 декабря потребовал от Конева ускорить захват Калинина, а высвободившиеся после этого силы использовать для решительного удара во фланг и тыл группировки врага, действовавшей на Московском направлении. Для этого дополнительно в состав войск Калининского фронта передали 359ю, 375ю стрелковые дивизии и 4 танковых, 8 лыжных батальонов. Однако генерал Конев дробил силы своих войск, используя их по частям. 13 декабря он передал 375ю стрелковую дивизию в состав 29й армии, а в 31ю армию направил 359ю стрелковую дивизию. Все лыжные и танковые батальоны передал по частям в две разные армии. Только два танковых и 3 лыжных батальона направил в 31ю армию. Поэтому 13 декабря И.В. Сталин заявил генералу И.С. Коневу по телефонной связи: «Вместо того, чтобы навалиться всеми силами на противника и создать для себя решительный перевес, вы… вводите в дело отдельные части, давая противнику изматывать их. Требуем от вас, чтобы крохоборскую тактику вы заменили тактикой действительного наступления».

В упорных боях с 13 по 15 декабря войска 31й армии вышли на рубеж Володино  Маслово. 14 декабря в армию из состава Западного фронта передали 46ю кавалерийскую дивизию. В этих боях 31я армия захватила ряд опорных пунктов врага, отразив контратаки его пехоты и танков, подавив огонь 9 германских артиллерийских и минометных батарей.

С 13 по 15 декабря удалось отразить многочисленные контратаки противника. Красноармейцы захватили на правом берегу Волги опорные пункты врага в Рябеево и Опарино, вышли к северной окраине села Даниловское, угрожая перерезать единственную оставшуюся для отхода врага на юго­запад дорогу Калинин – Старица.

Германское командование отдало приказ на отход из Калинина, опасаясь окружения. Но перед отходом был сформирован особый батальон факельщиков из более 800 солдат и офицеров, который подготовил серию поджогов и разрушений. Одновременно вечером 15 декабря враг провел сильные контратаки у села Даниловское и заставил полки 246й стрелковой дивизии вновь отойти к Волге в район Красново. Путь к отступлению по шоссе Старица – Калинин был открыт и германские войска в ночь на 16 декабря почти полностью оставили город.

При отходе минировали даже трупы людей и лошадей, а не только ряд проходов в городе. Последний бой с подразделениями прикрытия врага за Калинин начался после трех часов ночи 16 декабря. Город уже горел, гремели взрывы. На одном из участков сражался старший лейтенант Г. Хорьков, который вспоминал: «В ночь поступил приказ – наступать на Калинин. Под разрывами мин мы перешли Волгу… выбили противника из передовых блиндажей и заставили отступить. В 6 часов утра мы вскарабкались на берег реки и достигли первого здания. В это время враг, увидев, что перед ним лишь один взвод, стал с 20–25 метров бросать в красноармейцев гранаты, а потом пошел в рукопашную. Мы с криком „Ура!“ пошли в штыковую атаку, немцы не выдержали и бросились бежать…» Но в целом на улицах Калинина не было 16 декабря значительных боев. При взятии города было захвачено в плен только 7 германских солдат. Все они оказались из разных частей 129й и 161й германских дивизий. Последние группы прикрытия отхода основных германских сил покинули город после 13 часов 30 минут 16 декабря, хотя в районе Элеватора бой шел и на исходе этого дня. Советские войска постепенно занимали Калинин, продвигаясь медленно по заминированным улицам, среди снежных заносов, сугробов, пожаров и развалин. Еще горели и взрывались дома и оставленная врагом техника. Но над городом 16 декабря подняли несколько красных знамен и штурмовых флагов. Один красный флаг в честь освобождения подняли над зданием речного вокзала. Другое знамя водрузили на Доме Красной Армии (ныне – Дом офицеров Тверского гарнизона) на Советской улице командир 243й стрелковой дивизии генерал В.С. Поленов и комиссар Гильченок. Еще один флаг поднял над городом командир полка майор Н.Т. Редюк. Знамя на площади Ленина укрепил генерал И.И. Масленников, командующий войсками 29й армии, которая внесла решающий вклад во взятие города. Калинин был именно взят в боях, а не просто освобожден. При этом это освобождение во многом произошло не по плану генерала И.С. Конева.

Если по замыслу и первоначальному плану командующего фронтом Калинин должны были освободить от врага войска 31й армии генерала В.А. Юшкевича, то это пришлось сделать войскам 29й армии генерала И.И. Масленникова.

В боях погибали лучшие сыны и дочери советского народа. Генерал Шадрин, начальник штаба одной из армий Калининского фронта в суровом 1941 году, впоследствии вспоминал: «Много мы потеряли замечательных наших людей, бойцов и командиров в ту злую осень и в декабре 1941 года, когда Калининским фронтом командовал И.С. Конев…»

И в самые тяжелые часы упорных боев, когда по вине вышестоящего командования чтото не ладилось: кончались боеприпасы, не было поддержки авиации с воздуха или атаки не поддерживались своевременно артиллерийским огнем, вперед шли лучшие бойцы и командиры. В декабрьских наступательных боях Калининской операции 1941 года сразу три советских воина: сержант Вячеслав Васильковский у деревни Рябинки Конаковского района, младший лейтенант, командир взвода Николай Шевляков у деревни НовоКобелево Старицкого района и красноармеец Яков Падерин у деревни Рябиниха Торжокского района – грудью своей закрыли амбразуры фашистских огневых точек. Они жертвовали собой, спасая товарищей от сильного вражеского огня, и даже гибелью своей приближали Победу.

Александр СУПРУНОВ
0 просмотров0 комментариев

Комментарии

Самовары товарища Сталина