Удар черной рыси

Боль в руке, чуть выше запястья была настолько резкой и жгучей, что я в начале даже не смог понять, что же произошло. Еще мгновение назад девушка находилась от меня метрах в трёх, и вот её глаза были буквально перед моим лицом. В следующий момент она, изогнувшись как кошка, обвила моё тело своими тонкими руками, и я в мгновение ока оказался распластанным на земле. Все это произошло настолько быстро, что я вновь не успел ничего понять, и только сильная боль под коленом вернула меня к действительности. Я был беспомощен и жалок.

Годы учёбы в военной академии, занятия спортом, включая самбо и спецподготовку - всё это оказалось ровным счётом ничего не значащим. Какая-то худенькая и слабенькая, на первый взгляд, девушка преподала мне за короткий промежуток времени неведомый доселе урок. Я уже мысленно пожалел о том, что согласился на этот, как мне казалось вначале, неравный поединок, и успокаивал себя тем, что я и не собирался ничего предпринимать, так как бой с женщиной (старик сказал, что это будет именно бой, а не тренировка) не соответствовал моим внутренним установкам. Женщина, в тогдашних моих представлениях, должна быть хрупким и слабым созданием, но уж никак не бойцом. Такой в общем-то она и показалась мне на мой первый и неискушенный взгляд. Я и предположить не мог, что за всей этой нежностью и красотой скрыта такая сила. Вот уж прав был поэт, когда сказал: «Сила силе доказала: сила силе - не ровня! Есть металл - прочней металла, есть огонь - страшней огня»! Теперь, по прошествии почти тридцати лет с того поединка, я понимаю, что у меня не было никаких шансов выйти из него победителем. Девушка стояла надо мной и весело смеялась. Её зубы сверкали молочной белизной, а ямочки на щеках притягивали к себе, как магнит.

К действительности меня вернул голос старца, который велел мне подыматься, так как я и так уж залежался. Я нехотя поднялся, потирая то руку, то под коленом. Боли как таковой уже не было, но ощущение чего-то давящего и неприятного оставалось. Девушка подошла ко мне, обняла и её руки заскользили вдоль моего позвоночника. Пальцы мягко обрабатывали какие-то зоны. От её тела и волос исходил дурманящий запах трав. Мне хотелось, чтобы эти мгновения никогда не кончались. Это была сказка: ночь, костер, поляна и юная красавица, словно сошедшая с полотен русских художников. Время словно остановилось для меня, я чувствовал, что как будто проваливаюсь куда-то. Это ощущение было непередаваемо и несравнимо ни с чем. Сколько оно длилось я не знаю, только вдруг я почувствовал, как девушка каким-то неуловимым движением сбросила мои руки со своих плеч и, словно по спирали, соскользнула вниз и в сторону.

Я постепенно приходил в себя. Всё вокруг меня словно преобразилось. Ночная прохлада была напоена ароматом трав и ещё чем-то неуловимым. А ночные краски? Кто сказал, что ночью все кошки серы? Ничего подобного! Мы просто не умеем различать ночные краски или не хотим! А ведь на самом деле они куда более насыщенны и таинственны, чем дневные. Они возвращают нас в детство, они несут в себе что-то сказочное и неповторимое. А ещё - огромная и полная Луна. Да, жаль что я не художник, это была бы поистине великолепная картина!

В теле ощущался лёгкий озноб, и я с удовольствием принял из рук красавицы стакан горячего, ароматного чая, пропахшего дымом костра. Старик смотрел на меня с лёгкой усмешкой, неспешно отхлебывая свой чай и явно ждал, когда я начну задавать вопросы. Я же мучительно думал, о чём его спросить? О том, как хрупкая девушка в мгновение ока распластала меня на земле, говорить не имело смысла. Я прекрасно понимал, что против меня была применена неизвестная мне, да думаю и многим, виртуозная техника, отшлифованная до совершенства. Тогда о чём же? Я всё-таки решился и спросил: «Почему девушка обняла меня? Что означало её поведение?» Естественно, я не строил никаких иллюзий насчёт флирта. Но что это было?

«Я думал, что этот вопрос ты задашь вторым» - немного помолчав, ответил старик. «Но раз ты спросил об этом в начале, попробую объяснить тебе и то, о чём ты промолчал, и то, о чём ты всё-таки спросил». «Она, - он кивнул на девушку, не называя её имени, - показала тебе удар «Чёрной Рыси». Даже в старину немногие владели этим знанием, а сейчас им владеют единицы. Я последний, кому они были переданы, а моя внучка одна из тех, кто принял это ведение. Вижу - ты удивлен тем, что услышал, но это от неведения».

Старик задумчиво посмотрел на костер. Я переглянулся с девушкой, но она сидела молча. «Наука наша скрытная, тайная. А это - так, внешняя сторона дела», - вновь заговорил старик. «Я уже говорил тебе, что любая явная угроза вызовет ответные действия со стороны врага. Нам это надо? Нет! Цель женщин-берегинь - сохранить себя, своих детей и стариков. Рукопашный бой красив и зрелищен со стороны, но мало полезен и даже опасен в критической ситуации. Ты должен думать, как получить нужный тебе результат: безопасность для себя, стариков и детей, а не красиво махать руками или ногами. Только если ты научишься этому, можешь считать, что познал нашу науку».

Чем дальше говорил этот странный дед, тем больше вопросов появлялось у меня. Я пытался о чём-то спрашивать, но он словно не слышал меня. У меня создалось впечатление, что он вёл диалог с самим собой, или с кем-то ещё, но явно не со мной. За всё это время девушка не проронила ни слова, лишь изредка поглядывала то на деда, то на меня.

В теле ощущалась какая-то лёгкость и, несмотря на поздний час, спать совсем не хотелось. Дед монотонно о чём-то говорил, но я почти ничего не понимал. Видимо, он понял это и прекратил беседу. Он посмотрел на внучку, сделал ей рукой какой-то знак и пошел от костра в сторону деревни. Мы остались вдвоём и, наконец-то, она заговорила: «Ты не обижайся на него, он вообще редко говорит на эту тему, а особенно с посторонними. Почему он сделал исключение для тебя, мне самой не понятно. Не беда, что ты ничего не понял, значит - не пришло ещё время. Дед не стал торопить событий, но уходя - не закрыл пред тобой дверь. А раз так, значит чем-то ты ему приглянулся. Ведь не даром он дал добро показать тебе удар «Чёрной Рыси». Просто так это не дозволяется. Ты ещё не знаешь, что это такое, но уже знаешь, что оно есть. А раз так - пусть пройдут годы, но ты всё равно вернёшься к «Чёрной Рыси».

«Но почему дед сказал, что удар «Чёрной Рыси» в бою не эффективен?» - спросил я. «Как это понимать, если я на себе испытал всю его мощь? Допускаю - глупо спрашивать, как ты его сделала. Но как ты смогла мгновенно оказаться предо мной, находясь на расстоянии четырёх метров за миг до удара? Ведь я даже не успел отреагировать на твоё движение»!

«Ну, это как раз не самое сложное! Всё дело - в искусстве перемещения. На его изучение уходит немного времени. Главное - совсем в другом. О главном тебе и пытался рассказать дедушка, а ты его не понял, но это не его вина. Он был абсолютно прав, когда сказал тебе, что удар «Чёрной Рыси» в настоящем бою не особенно действенен. И я поясню тебе почему. Раньше люди жили дружно, им не нужно было решать споры с помощью кулаков. На то он и Род, чтобы все решалось миром. Это сейчас все озверели. Чуть что, в ход идут кулаки и даже ножи. А тогда нет. Никому бы в голову не пришло поднять руку на своего. Более грязного поступка нельзя было даже и придумать. А раз так, то зачем надо было тратить время на изучение техники ведения боя, когда в этом не было никакой необходимости», - сказала девушка.

«Но подожди, - прервал я её, а если это были чужие, что тогда»? «Для этого были наши мужчины, именно они выходили на бой с супостатом. Не женское это дело - сечь мечом или засапожником, правильно я говорю»?

Она с усмешкой посмотрела на меня и продолжала: «А теперь представь, как бы я смогла применить удар «Чёрной Рыси» против хорошо экипированного воина? Он ведь был бы одет не в спортивный костюм, как ты. Да и был бы он наверняка не один. Значит, моя явная победа над ним оказала бы всем нам «медвежью услугу». Теперь ты понимаешь, что имел в виду мой дед, когда говорил, что главное - научиться хорошо думать, а не виртуозно махать руками и ногами. Любому оружию рано или поздно можно противопоставить ещё более грозное оружие. Так может продолжаться бесконечно. Это тупиковый путь – кажущееся могущество. Главная задача – сохранение жизни детей, стариков и нас самих. Для этого все средсва не только хороши но и жизненно необходимы. Однако, эти средства нужно было настолько искусно замаскировать, чтоб их не только нельзя было раскрыть, но даже помыслить о том, что они применены. Знаешь, в чём заключалась ошибка наших мужчин? Они были сильны и красивы, независимы и горды, но при этом - наивны, как дети! Они признавали только честный бой и никогда не наносили удар в спину, поэтому их можно было легко обмануть, что в конечном итоге и произошло. Они проигрывали там, где проигрывать было никак нельзя. Они защищали нас ценой своих жизней и были уверены в своей правоте. Но нам не нужна была их уверенность в своей правоте, нам нужны были они сами, живые и здоровые, потому что без них мы оказывались в ещё худшем положении.

Наши витязи отвергали искусство «Чёрной Рыси», считая ниже своего достоинства постигать его тайну. Они называли его сугубо женским делом. Но воинские доблесть и честь хороши на поле брани, где твою спину прикрывает достойный тебе. Но ответь мне, чего стоят все эти идеалы, когда за твоей спиной беззащитные дети, а витязи-защитники сложили головы в неравном бою с подлым и коварным врагом?»

Слушая её, я был поражен - с виду совсем ещё девчонка, а рассуждает как умудрённая жизненным опытом женщина, в совершенстве владеющая страшным, скрытым оружием, готовая не раздумывая применить его в случае опасности.

«Но ведь твой дед, - сказал я, - знает это искусство, а он мужчина». Она посмотрела на меня, и вдруг расхохоталась: «Тоже мне сказал - знает! Ведь именно дед сделал все возможное, чтобы «Чёрная Рысь» сохранилась до наших дней во всей своей красоте и величии. Жаль только, что она больше уже никого не интересует. Молодежь, в основном, уезжает в город, а те кто остаются—спиваются. Цепочка, тянувшаяся из века в век, прервалась. Скоро «Чёрная Рысь» может превратиться в красивую сказку, но не более».

«А знаешь, когда мой дед решил постичь эту науку? Во время Гражданской войны он был ранен и пришел в свою деревню. Там были только женщины, дети да старики. В один из дней в деревню ворвалась банда - человек тридцать. Они стали грабить и бесчинствовать (Бесчинствовать – чинить бесовкий произвол, в отличие от безчинствовать – действовать без оглядки на чины). Но кто им мог помешать в этом? Раненый молодой боец, каким в то время был мой дед? Так его женщины самого спрятали в погреб. А через день-другой все стихло... И опять деревня зажила своей неспешной, размеренной жизнью. Все остались целы и никто ни о чём не говорил. Русские женщины вообще молчаливы по своей натуре. Это сейчас чуть что - крики, визг, да мордобой. А разве раньше мог поднять мужчина руку на свою жену-берегиню, хранительницу домашнего очага, мать своих детей, верную помощницу в продлении Рода своего? Более омерзительного поступка нельзя себе и представить. После этого он не имел бы права называться мужчиной. Но и женщине, коль она безмудро довела его до такого - грош цена. Если в семье растут дети, будущие мужчины-витязи и жёны-берегини, непотребно им видеть такие отношения отца с матерью! Ничего хорошего от такого воспитания не получится.

В нашем Роду мужчины не просто любили и уважали своих женщин - они их боготворили, а женщины - отвечали им тем же. Это было гарантией сохранения и приумножения Рода, его прочности и нерушимости. Взаимная верность наших мужчин и женщин никогда никем не ставилась под сомнение.

Сейчас всё совершенно иначе. Плохо это или хорошо - не мне об этом судить. Знаю только одно: если так пойдет и дальше, мы растеряем не только последние крохи Великой народной Культуры, но также Культуры внутренней - Душевной и Духовной. Это уже гораздо страшней! Мне хочется верить, что хоть кому-то удастся, если и не приумножить, то хотя бы сохранить самую малость того, что мы получили в дар от своих Великих Предков. Потому-то в нашем Роду из поколения в поколение как самое большое богатство передавались секреты «Чёрной Рыси». Наши чистые, светлые помыслы были самым строгим мерилом того, что никто и никогда не использует эти знания во зло. Только когда враг не оставлял нам никакого выбора «Чёрная Рысь» выпускала свои когти. Но тогда ни о каком милосердии или жалости не могло быть и речи. Враг справедливо получал то, что заслуживал, не больше и не меньше». Она так взглянула на меня, что мне стало не по себе.

В отблесках костра её глаза светились каким-то огненным светом. Мне на мгновение показалась, что передо мной не красивая девушка, а большая чёрная кошка, которая изготовилась к своему роковому прыжку. Это было так явственно, что я инстинктивно попытался отодвинуться от неё, упав на землю с пенька, на котором сидел. Поднявшись, я в смущении попытался перевести это в шутку, но юная красавица смотрела на меня абсолютно серьёзно. Даже намека на улыбку не было в ее глазах. Я просто поразился такой внутренней перемене в её поведении и мне ничего не оставалось, как молча смотреть на затухающий костёр.

С реки потянуло холодом и меня стало клонить в сон. Вокруг стояла сказочная тишина, и только дрова в костре тихонько потрескивали, изредка освещая небольшое пространство.

«Скажи,—спросил я тихо, - когда ты обняла меня после удара, это было сделано с какой-то целью?». «Конечно, - ответила она, ведь удары были нанесены в определенные точки конечностей. Необходимо было устранить последствия, которые могли бы наступить после них, что я и сделала». «А если бы ты этого не сделала, что тогда?» - спросил я. «Тогда ты не задавал бы мне глупых вопросов», - последовал ответ.

Она поднялась со своего пенька и потянулась. Никогда более я не видел такой пластики и грациозности. Её тело словно повторяло движения огненных языков костра. Она извивалась в только ей известном танце. Незаметным жестом она вырвала ленточку из заплетённой косы, и её космы веером рассыпались по плечам. Это была первозданная красота во всей своей чистоте и великолепии. Я подумал, что именно так славянские женщины встречали своих мужчин после походов. О каких изменах после этого можно было вообще вести речь?

Утром я проснулся поздно, солнце поднялось достаточно высоко. В избе никого не было. На чистом деревянном столе стояла крынка с парным молоком, мёд, а в плетёном блюдце лежал душистый домашний хлеб, только что вынутый из печи. А ещё на краешке стола лежала тонкая ученическая тетрадка, поверх которой была записка. В ней было всего две строчки: «Рисунки выполнены мной, а пояснения к ним сделаны дедушкой». И был ещё рисунок: большая чёрная кошка с кисточками на ушах, изогнувшись немыслимой дугой в своем отчаянном прыжке, наносила когтистой лапой удар по невидимому врагу. Тетрадка и записка, лежащая поверх неё, были перевязаны той самой ленточкой, которую эта таинственная красавица сорвала со своих косм, исполняя при свете костра то ли танец, то ли что-то такое, о чём я до сих пор так и не знаю.

От автора:

После того, как в 3-м и 4-м номерах журнала «Ведическая Культура», были опубликованы мои статьи, в которых я попытался кратко рассказать об одном из самых закрытых и забытых Старославянских боевых искусств - школе «Чёрной Рыси», мною было получено множество телефонных звонков из разных городов бывшего Советского Союза. Как правило, кто-то хотел, чтобы я выслал видеокассеты по этой теме, другие спрашивали, когда я могу приехать и на месте начать обучение и т.д.

Были и такие звонки, в которых мне пытались приказать обучать искусству «Чёрной Рыси» только истинных Славян и никого более.

У меня создалось впечатление, что читатели журнала или не внимательно читали то, о чем я рассказывал, или принимали желаемое за действительное. Ведь в статьях прямо и недвусмысленно было сказано, что моё знакомство с «Чёрной Рысью» было только внешним, но не внутренним. Да, мне очень кратко поведали об этой уникальной системе, показали удивительный по своей красоте танец «Чёрной Рыси», некоторые прикладные аспекты этой таинственной науки, но не более. Вести разговор о том, что кто-то обучил меня этому искусству и передал его секреты - было бы, по крайней мере, нечестно. Нет и ещё раз нет. Никто этого не собирался делать, так как я в то время не был к этому готов. Так что учить других тому, чего не знаешь сам, по крайней мере глупо.

Я являюсь автором системы «СПРУТ», которая разрабатывалась мною в течение нескольких лет Да, то что я увидел тридцать лет тому назад, дало в последствии толчок к созданию моей системы. Да, мне было интересно расшифровать некоторые элементы той забытой науки, особенно базовые укладки тела, которые служили для устранения родовых травм. В системе «СПРУТ» этому посвящен целый раздел, но говорить о том, что это именно те самые укладки, которые применялись нашими Предками, не имеет никакого смысла, так как секрет тех укладок на сегодняшний день мне не известен.

То же самое касается и гимнастики «СПРУТа». Да, в Системе Программированного Управления Телом, с позиций физики и биомеханики мной предпринята попытка расшифровать ключевые моменты танца «Чёрной Рыси», но не сам танец в его изначальной сути. И это вполне естественно, так как овладеть им за один единственный показ - дело нереальное, особенно если учесть, что в то время не было никаких видеокамер. Вообще, пытаться возродить забытые искусства, на мой взгляд, то же самое, что по кусочку художественного полотна восстановить картину в целом. Мы можем провести химический анализ краски, самого полотна, но картину в том виде, в котором в своё время задумал художник - вряд ли. Поэтому говорить, что «СПРУТ» и школа «Чёрной Рыси» одно и то же- просто не серьёзно.

Те, кто действительно внимательно читал мои статьи, включая и эту, прекрасно поняли, что при попытке расшифровать забытое искусство всё строилось на догадках и гипотезах, но не на фактах, а это разные вещи. Отсюда следует, что «СПРУТ» является авторской системой, обучаться которой может при желании кто угодно, так как автор никогда не делил людей по национальному признаку, или по религиозным убеждениям. И ещё, моя система несёт в себе только позитивное начало, и ни о каких негативных применениях «СПРУТа» не может быть даже речи.

Вот уже почти две недели, изо дня в день, я прихожу сюда в одно и тоже время, чтобы полюбоваться этой рыжей красавицей. Нас разделяет металлический барьер, метр пространства и железная клетка. Народу здесь немного, в основном стоят около клеток с тиграми, львами и прочими экзотическими животными. Но меня интересует именно она, и я прихожу только к ней. Несколько дней, забившись в темный угол клетки, она практически ни на что не реагировала, и вот сегодня впервые обратила на меня своё внимание. Я по привычке облокотился на барьер и, отвернувшись в сторону от ветра, прикурил сигарету, а когда вновь повернулся к клетке, она стояла передо мной во всей своей красоте и величии. Она узнала меня, она меня ждала. Мы стояли и смотрели друг на друга. Голос смотрителя прозвучал настолько неожиданно, что я вздрогнул.

- Чем же она вас так заинтересовала? Я наблюдаю за вами несколько дней, и не могу понять, что вы в ней нашли? Коварная и непредсказуемая тварь, готовая в любую секунду пустить в ход свои когти. Видите, что она сделала с моей рукой.

Он поднял отворот куртки, и я увидел, что через все плечо шел глубокий шрам.

- Вот так то. Так что пусть её благодушие, с которым она на вас смотрит, не больно вас умиляет.

- Скажите, - спросил я его, - а может быть, вы её чем-то обидели?

- Еще чего, тоже мне принцесса, обижаться вздумала. Ну, стукнул несколько раз по пьянке, когда мешала чистить клетку, так и что с того?

- Понятно. А вы никогда не слышали, бывает ли чёрная рысь?

Он как-то странно посмотрел на меня и, уходя, посоветовал мне съездить в Африку, может быть там я и найду то, что ищу. Еще в начале 70-х, я также задавал этот вопрос тому старику - последнему носителю и хранителю знаний по этой таинственной старославянской системе и также не получил ответа. Возможно в самом названии «Чёрная Рысь» была заложена какая-то метафора, а в действительности этого животного и нет в природе? Я спрашивал у многих настоящих охотников, егерей, лесничих, и везде получал отрицательный ответ. Порой я сам себе задавал вопрос: «А зачем мне всё это надо?»

Есть такое животное или нет, это ведь по существу ничего не меняло. Главное, что школа «Чёрной Рыси» существовала, и это было главным. Но, как говорил Станиславский, «Театр начинается с вешалки». Следовательно, не зная, почему система носила именно такое название, познать всю её глубину невозможно. На Востоке говорят: «Нет мелочей, есть подробности». Следовательно, уже в самом названии системы, может быть, сокрыт какой-то более глубокий смысл, чем мы предполагаем.

Вы когда нибудь задумывались над выражением - «Его Величество Случай»? Лично я тогда об этом не думал, пока не раздался тот ночной звонок, и хриплый мужской голос предложил мне встретиться и поговорить по поводу интересующей меня проблемы. На следующий день я пришел в назначенное место, но мой ночной собеседник так и не явился. Он позвонил только через неделю, извинился передо мной и назначил новую встречу. Я почему-то сразу узнал его. Среднего роста, седовласый с удивительно чистым взглядом, который встретишь разве что у детей. Иван Павлович, так звали моего собеседника, был участником Великой Отечественной войны, кавалер многих боевых наград. Он поведал мне удивительную историю, которую я в кратком изложении донесу до вас. Суть ее в следующем.

У них в стрелковом батальоне воевал один человек - сибиряк, бывший таёжный охотник. Человек недюжинной силы, храбрости и безграничной доброты, он был всеобщим любимцем, не только у рядовых солдат, но и у командиров. Скольким людям он спас жизнь в бою, даже и не считали. Он первым со своим «ручником» подымался в атаку, а в рукопашном бою ему вообще не было равных. О нем ходили легенды не только в батальоне, но и за его пределами. Но была у него одна странность, которую он особенно и не пытался скрывать от бойцов. Каждый раз перед боем он снимал с себя гимнастёрку, брал в руки чёрный уголёк и раскрашивал им на своём плече наколотый контур какого-то животного. На все вопросы друзей он шутливо отвечал, что это его «оберег» и никакая пуля или осколки снарядов ему не страшны. И ведь действительно, он целым и невредимым выходил из таких ситуаций, где шансов остаться в живых практически не было. А у него - ни царапины! Кто или что оберегало его, никто не знал, и это только усиливало интерес к нему. Но добродушный здоровяк сразу замыкался в себе, когда кто-либо особенно настойчиво докучал ему расспросами. И только в конце войны, в освобождённой Праге, он раскрыл эту тайну своему лучшему другу, моему теперешнему собеседнику. Они сидели в дозоре вдвоём на первом этаже разбитого здания, когда вдруг неожиданно начался миномётный обстрел. Вой падающих мин и свист осколков производили жуткое впечатление. Погибнуть в самом конце войны, пройдя пол-Европы, было бы дичайшей несправедливостью, но грохот разрывов приближался все ближе и ближе. От кирпичной пыли запорошило глаза, невозможно было дышать, на зубах скрипели крошки битого кирпича. «Всё, - подумал Иван, - вот и отвоевался», и в ту же секунду что-то тяжелое и громоздкое навалилось на него сверху. Последнее, что подумал он, перед тем как потерять сознание, что его привалила рухнувшая стена разбитого здания. Когда он пришел в себя, стояла какая-то необычная тишина, и только голос друга, напевавшего себе под нос какую-то песенку, окончательно заставил его поверить в то, что остался жив. Пошевелив руками и ногами, он потихоньку встал на колени, еще не в силах поверить в то, что даже не ранен и только резь в глазах от пыли, да шум в ушах заставили его вспомнить о том, что здесь творилось что-то несусветное.

- Ну что, очухался? - засмеялся витязь. - Я тебя там не сильно придавил?

- Так это ты накрыл меня собой? А как же ты сам-то остался цел?

- А вот она и помогла.

Он задрал рукав гимнастерки, которая больше походила на «сито» и взору моего собеседника открылась странная картина. Это была средних размеров наколка Рыси, припавшей к земле, но она была чёрного цвета. Именно это больше всего и поразило моего собеседника.

- Чёрная Рысь? Этого не может быть!

- Может! - сказал друг. - Нам здесь с тобой до вечера сидеть, так что слушай. Я раскрою тебе свою тайну, а уж верить или нет, ты решай сам. До войны я был охотником, таёжным охотником, а это что-то, да значит. Тайгу я знал так, как хорошая хозяйка знает свой огород. И эти знания неоднократно спасали мне жизнь. Много чего пришлось повидать, но после одного случая я навсегда выбросил ружьё и дал себе слово больше никогда не стрелять в дикого зверя. В отличие от домашнего, к коим я причисляю и человека, дикий зверь намного умнее и добрее. Так вот, однажды, по ранней осени, я пошел в тайгу только мне одному известными тропами. Глушь непролазная, но и зверья здесь было много. Редкий таёжный охотник заходил в эти места. Не знаю почему, но в народе они пользовались дурной славой. Старики не раз предупреждали не забредать сюда. Но парень я был не робкого десятка, да и с дедом своим мы хаживали сюда не раз, так как он тоже, как и я, не особенно-то верил всем этим байкам. Зато охота здесь всегда была отменная. К полудню, притомившись, я сел под большущей лиственницей и, прислонившись к её мощному стволу, слегка задремал. Осень в наших краях в этом году была на редкость тёплой и сухой. Что заставило меня проснуться и глянуть вверх, я так до сих пор и не знаю, но то, что я там вверху увидел, заставило меня оцепенеть от ужаса. Буквально метрах в трёх от моей головы на толстенной ветке распласталась огромная чёрная кошка с кисточками на ушах. Свесив свои мощные лапы она, казалось, с любопытством рассматривала незнакомое ей существо, то бишь меня. В моей голове всё перепуталось от страха. Неужели древние легенды не врали, и передо мной она - царица леса. Неужели Чёрная Рысь существует? Мне хотелось протереть глаза и убедиться, что это не сон, но внутренний голос предупреждал, что не стоит делать никаких резких движений. «Сиди и жди», - звучало в голове. Ныла спина от неудобного положения, ноги затекли, но я боялся пошевелиться и только краем глаза наблюдал за чёрной красавицей.

Мой друг на мгновенье прервал свой рассказ и посмотрел на меня.

- Ты не поверишь, но через какое то время, я вдруг понял, что она не сделает мне ничего плохого.

- Ну, а что дальше? - нетерпеливо спросил я своего друга. На какое-то время я вообще забыл про войну и недавний минометный обстрел. Мне показалось, что мы находимся не в разрушенном до основания здании, а в глухой сибирской тайге.

- Дальше, говоришь, ну что же, слушай. Мой друг закурил самокрутку и, прикрыв слегка глаза, продолжил.

- А дальше было вообще непонятно что. Я попытался сесть на корточки, она никак не реагирует, так же молча смотрит на меня. Размером она была раза в два крупней обычной рыси, я это определил сразу. Бросил взгляд на ружье, но тут же отказался от этой затеи. Уж кому, как не мне знать реакцию лесной кошки, шансы тут нулевые. В голове билась только одна мысль: «Что делать?» И вообще, сколько может продлиться наше созерцание друг друга? Осенью дни короткие, а ночевать в неподготовленном месте в тайге, да ещё в сообществе этой гостьи - перспектива незавидная. «А, была - не была», - подумал я, и стал потихоньку подыматься на ноги. То ли оттого, что они затекли от долгого сидения, а скорей всего от страха - они были словно не мои. «Если она сейчас прыгнет сверху, то конец», - промелькнуло в голове. Я инстинктивно закрыл голову руками и замер. Все было тихо. Не отрывая рук, я медленно поднял голову вверх, и наши взгляды встретились. Ты знаешь, я до сих пор не могу забыть это ощущение. И дело здесь даже не в страхе, нет. Объяснить это словами просто невозможно. Это надо испытать самому, и то вряд ли что поймешь. Сколько мы смотрели друг на друга, я не знаю, но она вдруг потянулась, изогнув дугой спину, ну прямо как кошка, и уселась на ветке. Теперь-то я по достоинству оценил ее размеры. Чёрная, как смоль, с мощными лапами, она выпустила свои острые когти и стала драть древесину. На голову мне посыпалась кора. «Всё, - подумал я, - конец». И она действительно прыгнула, но прыгнула совсем в другую от меня сторону. Её прыжок был столь молниеносен, что я даже не сумел рассмотреть траекторию её полета в воздухе. Она приземлилась в нескольких метрах от меня как раз на той тропе, по которой я должен был идти после небольшого отдыха. Я ничего не понимал, всё это просто не укладывалась в моей голове. Та тропа вела к небольшой избушке, которую мы вместе с дедом срубили пару лет назад, но вот уже около года я туда не наведывался. Ходу до неё отсюда было часа три. Там я думал переночевать, а с утречка приступить к охоте, но лесная царица внесла изменения в мои планы. И тут мой взгляд упал на ружьё. Теперь у меня был реальный шанс - ружьё под рукой и заряжено картечью, а Чёрная Рысь метрах в десяти. Она спокойно сидела на тропе и смотрела на меня, и только когда моя рука потянулась к ружью, она вдруг встала на задние лапы и передними лапами закрыла свою голову. Она в точности повторила то, что делал я несколько минут назад. Это было невероятно. Пинком ноги я отбросил ружьё в кусты и сделал шаг по направлению к ней. Она припала к земле и угрожающе зарычала. Я остановился, потом повернулся к ней спиной и пошел в противоположную сторону. Я понимал, что совершаю большую ошибку, но ничего не мог с собой поделать.

Каждую секунду я ждал этот страшный удар в спину, но ничего не происходило. Пройдя метров двадцать, я остановился и медленно повернулся. Чёрная красавица продолжала сидеть на том же месте и смотрела в мою сторону. «Странно, - подумал я. -Она как будто не хочет, чтобы я шел туда. Может быть там котята? Нет, не похоже, она вела бы себя по-другому, это я уж знаю точно. Тогда что?» Я опять пошел ей навстречу, и опять она, прильнув к земле, зарычала на меня. Испытывать судьбу больше не имело смысла. Я поднял вверх руки, прикрыв ладонями лицо и немного так постояв, повернулся и пошел назад. Страха больше не было. Я знал, я чувствовал, что мне ничто не угрожает. Уже перед тем как нырнуть в густой ельник, я еще раз повернулся. Она сидела на том же самом месте, и в лучах заходящего солнца её чёрная шкура переливалась какими-то чудными оттенками.

- А дальше, что же было дальше? Мой друг свернул новую самокрутку, затянулся и, глядя куда-то мимо меня, глухо сказал:

- Да ничего не было. Когда, вернувшись, я рассказал об этом, то меня все подняли на смех. Вот так-то.

Сзади вдруг послышались приглушенные голоса, и мы залегли за кучи с битым щебнем, но тревога оказалось ложной. Это были наши.

- Эй, славяне, - услышали мы голос своего командира. - Вы там живы?

- Живы, командир, живы и даже не ранены.

- Ну, молодцы ребята. Нам со стороны казалось, что после такого обстрела здесь камня на камне не осталось, а им хоть бы что. Заговоренные вы что ли?

Я посмотрел на своего друга, но он даже бровью не повел, словно знал, что так и должно было быть.

Иван Павлович закурил очередную сигарету. Вот уже часа два мы сидим с ним на лавочке в небольшом парке, и я слушаю его удивительный рассказ. Я ни о чём не спрашиваю, и не задаю вопросов, я просто слушаю.

- А знаете, ведь она действительно спасла ему жизнь, там, в тайге, - вдруг сказал он.

- Как это? - вырвалось у меня, - ничего не понимаю.

- Там, на той тропе, в её самом глухом месте, кто-то установил самострел. Свои это сделать не могли, он это точно знал. Значит это был кто-то чужой. Но кто? Для моего друга это так и осталось загадкой. Но еще большей загадкой для него было поведение царицы леса. С тех пор он никогда больше не брал в руки ружьё, а на все вопросы, почему он, один из самых опытных таёжных охотников, прекратил заниматься охотой, отвечал просто и непонятно: «Приказ пришел». Что он под этим подразумевал - не знал никто.

- Скажите, - спросил я, - а он не рассказывал вам, встречал ли он ещё в тайге чёрную красавицу?

- Нет, больше он ничего не говорил на эту тему.

- А та наколка? Он сделал ее после того случая?

- Да, но сделал он её не сам.

-А кто?

- Не знаю, он не рассказывал об этом. Сказал только, что ему её сделали и обучили какой-то системе, владея которой можно было, как создавать, так и разрушать. И эта система называлась...

- Школой Чёрной Рыси? - Я спросил об этом Ивана Павловича просто машинально. Он с удивлением глянул на меня.

- Да! Он, что-то говорил именно об этом. Но откуда вы это знаете?

- Да ничего я не знаю, - ответил я. - Просто несколько лет назад во Владимирской области, меня познакомили с фрагментами какой-то забытой старославянской системы, которую практиковали наши предки, особенно женщины. И называли они ее «Школой Чёрной Рыси».

- Интересно, очень интересно, - теперь уже Иван Павлович с нескрываемым любопытством смотрел на меня. - Так вот почему вы спрашивали у охотников о чёрной рыси! А я-то думал, с чего бы это вдруг?

- Иван Павлович, дорогой, ведь наверняка ваш друг показывал вам какие-то элементы системы? А вдруг мы говорим о разных школах?

- Знаешь что, - он вдруг перешел на «ты», -давай-ка отойдем подальше от людских глаз, и я тебе кое-что покажу.

После первых же движений, я всё понял - это была она. Эти же движения составляли костяк танца «Чёрной Рыси». Иван Павлович делал их с такой лёгкостью, словно ему было не 60, а лет 20.

- Если бы не эта гимнастика, которой меня научил мой друг в конце войны, не известно, что бы со мной сейчас было, - сказал он. - Ведь та тяжелейшая контузия, которую я получил ещё под Сталинградом, практически могла превратить меня, в лучшем случае, в инвалида. Врачи сделали всё что могли, и низкий им за это поклон. Но полностью излечил меня тогда мой друг. Он каждый день приходил в полевой госпиталь, укладывал меня наполи...

- Ну, а дальше, дальше, дорогой вы мой Иван Павлович, что с вами такое делал ваш друг?

- Да не знаю я, что он там делал, не знаю. Могу сказать только одно, что он начинал работать со мной, когда рядом никого не было.

- Иван Павлович, а я ведь знаю, что с вами делал ваш друг!

- Ты, знаешь? Откуда?

- Он раскладывал вас по свастике. Верно, я говорю?

Наши глаза встретились.

-Так ты знаешь...

- Нет, я не знал вашего друга, и никогда его не видел. В свое время меня заинтересовала обычная журнальная статья. Это был ещё дореволюционный журнал. Я учился тогда в Ленинграде, в одной из военных академий. В этой статье речь шла о забытой старославянской системе, которую когда-то практиковали наши женщины. Потом была та встреча, о которой я вам уже говорил. Так вот некоторые движения, которым вас научил ваш фронтовой товарищ и движения в танце, который они называли танцем «Чёрной Рыси» - идентичны. Следовательно, мы с вами ведём речь об одной и той же системе. И теперь мне абсолютно понятно, почему ваш друг скрывал эти знания. Всё дело в этом символе? Да?

- Ты абсолютно прав. Его забрали, когда наша часть готовилась к демобилизации. Не помогло ничто: ни боевые награды, ни ходатайства наших командиров. Всё было напрасно. Несколько раз и меня вызывали в политотдел и в СМЕРШ, все допытывались, что он мне рассказывал, как он меня агитировал и всё прочее. Почему они не взяли меня, я не знаю до сих пор. Видимо, что-то там у них не состыковалось, а может конец войны, эйфория от победы, кто его знает. Они всё время спрашивали про какую-то тетрадь, но я лично её никогда даже и не видел...

Мы молча закурили, и каждый думал о своём. Первым нарушил молчание Иван Павлович:

- А скажи, тебе действительно удалось раскрыть тайну укладок Чёрной Рыси?

- Этого я не знаю. Я по крупицам пытаюсь воссоздать то, что либо утеряно, либо.... Но вы ведь сами прекрасно понимаете, что я не могу с полной уверенностью заявить, что это те же самые укладки. Свою систему я назвал СПРУТом /системой программированного управления телом/ и эти укладки стали одним из его базовых разделов.

- Ты не особенно-то их показывай, не время еще,-он в упор посмотрел на меня.

- Да вы что. Иван Павлович? Сейчас не 45-ый год, а начало 80-ых, да и когда, по-вашему, наступит то время?

- Когда придёт приказ.

Он полез в карман своего пиджака, вытащил небольшой газетный листок, разорвал пару сигарет «Прима» и стал крутить самокрутку, самую настоящую - фронтовую. Его руки почему-то дрожали.

- Какой приказ? От кого? - Моему удивлению не было предела.

Но он словно не слышал мой вопрос, он смотрел куда-то вверх и улыбался, и столько доброты и нежности было заложено в этой улыбке, что я был просто озадачен.

Повернувшись на лавочке, я задрал голову и увидел небольшую чёрную кошку, невесть откуда взявшуюся здесь, которая лежала на ветке и словно наблюдала за нами сверху. Иван Павлович неспешно поднялся с лавочки, и каким-то неуловимым движением сбросил с себя свой пиджак. У меня еще мелькнула мысль, как это ему удалось. Белоснежная рубашка с коротким рукавом открыла передо мной его сильные, словно отлитые из металла руки. Он медленно поднес их к своей голове, словно прикрывая лицо, а потом вскинул их вверх широко раскрытыми ладонями. Я с удивлением смотрел за его действиями. Изогнув дугой спину и несколько раз процарапав ветку своими когтями, кошка чёрной молнией прыгнула ему на ладони. Бережно, словно в его руках было безценное сокровище, он опустил её на землю, и в тот момент, когда он наклонился, я увидел на его плече эту наколку. Припавшая к земле Чёрная Рысь то ли приготовилась к прыжку, то ли... словно пыталась о чём-то предупредить. Но это был

не контурный рисунок, я это понял сразу, она была наколота целиком. Выпрямившись, он не спешно надел свой пиджак, и всё с той же по-детски чистой улыбкой посмотрел на меня.

- Так вы их всё-таки нашли?...

- Нашел и отдал им его тетрадь.

Он уходил в глубину парка по еле заметной тропинке, уходил даже не попрощавшись со мною, уходил так, словно знал, что эта встреча не последняя... А свои укладки для широкого круга лиц я смог показать впервые только через десять с лишним лет в 1994 году. Видимо - приказ всё-таки пришел...

Андреев Валерий Владимирович
автор системы "СПРУТ"- системы программированного управления телом.

 

Похожие статьи:

Боги, духи и существаКнига начал

Красота и здоровьеТропою чёрной рыси

Красота и здоровьеТайна танца

ФилософияНечто о Сути Всебога

Рейтинг
последние 5

RODAVER

рейтинг

+4

просмотров

6814

комментариев

0
закладки

Комментарии