Жена моего врага Тяжелый разговор. Леха

Он любил ходить с ней и детьми по магазинам, не считая денег, покупал все, что просят дети, правда потом перед кассой Варя решительно оставляла только треть покупок, и сразу становилось ясно, кто в доме хозяин.

Алексей  возвращался с очередного задания, прямо с  поезда, небритый, в полевой форме, которая ему шла неимоверно, постучался в знакомую дверь.

Вари дома не было, дети повисли на плечах, он целовал их, они визжали, так как щетина кололась. И тут из комнаты вышла пожилая женщина, с Варей ее делали похожей  пушистые светлые волосы.

-Галина Михайловна, — она оторвала детей от мужчины и прикрикнула на них привычно властно.- Я мама Вари, а вы Алексей. Я наслышана о вас. Хочу Вам сказать, что мы больше не нуждаемся в вашей помощи. Я вышла на пенсию, и приехала, чтобы помочь дочери управляться с детьми и домом.

Женщина не предложила ни чаю, ни обеда, а есть хотелось до спазмов желудке.

Настя вышла из подъезда, чтобы идти в школу.

-А мама где, Настя?

-Мама ушла в налоговую, мы теперь ИП, предприниматели, — девочка смогла выговорить только  вторую часть слова.-  Бабушка говорит, что это соседи, гады, заложили маму, что она на дому работает

— Настен,  бабушке конечно виднее, но гады плохое слово.

— Ну, фашисты, – убежденная в свой правоте поправилась девочка, и Леха не нашелся, что ей возразить.

Он пошел провожать Настю в школу. С  ними увязалась Катя-соседка, юбка на девчонке была короче короткого, красивые стройные ноги, высокие каблуки, она почти была одного роста Алексеем.

Ну, теперь куда, — ухмылялась, спросила она когда, за школьницей закрылась дверь школы. — Может ко мне, я пельмени налепила. Водка в холодильнике.

И он почувствовал, что все, если сейчас не выпьет, и не поест, просто умрет, так он устал.

Он сначала позвонил в Варину дверь, услышал за дверью шаги, кто-то внимательно рассматривал его в дверной глазок, но дверь не открыли.

Тогда он развернулся и шагнул в распахнутую  дверь Катькиной квартиры.

Пельмени были магазинные, водка правда холодная, и сметана домашняя.

Он поел, выпил, Катька успела переодеться в атласный халатик и села напротив, демонстрируя все свои прелести, белья она видимо не носила.

Алексей не спал двое суток, ему стало сытно и спокойно, он дал  девушке отвезти себя в спальню,  и как примерный мальчик лег на правый бок, подложив ладонь  под колючую  щеку, уснул.

 Проснулся он от Катькиного смеха, девчонка стояла, завернувшись в простыню, а рядом с ней Варина мама. Галина Михайловна, презрительно поджав губы, пожелала Катьке счастья и ушла.

Леха знал одно, ничего у них не было, усталость так свалила с ног, что даже думать было лень, и он  снова закрыл глаза, и   погрузился в здоровый, крепкий сон. Проснулся  к вечеру, голова была ясной, тело отдохнувшим, пошел принял душ, одел выстиранную Катькой рубашку и на прощанье сказал :

-Дура, ты Катька. Хоть молчи, об этом случае, а то никто замуж не возьмет.

Девушка обиженно поджала губы и произнесла такие слова, что Леха, понял: сильнее чем он ее обидел, не было у нее в жизни горя, вот и бесится, все норовит отобрать чужое, думая, что оно слаще, счастье ворованное.

Он, конечно, не знал, как был прав. Квартира эта девчонке провинциалке досталась от престарелого  преподавателя колледжа. в виде отступных за «связь с несовершеннолетней».Сам преподаватель переехал с женой в Ухабино, в коммуналку, так и порхала Катька, не  брезгуя и не заморачиваясь , что хорошо, что плохо.

 Он  вышел на  лестничную площадку и позвонил в  соседнюю дверь. Ему открыла Варя.

Она была спокойна.

-Поедем в детский мир? — спросил он.

-В таком виде и поедем?- спросила его женщина.

— Понял, побриться, переодеться и к вам,  – он счастливый  заторопился вниз по лестнице.

Он любил ходить с ней и детьми по магазинам, не считая денег, покупал все, что просят дети, правда потом перед кассой Варя решительно оставляла только треть покупок, и сразу становилось ясно, кто в доме хозяин.

Леха гордился тем, что научил обоих детей ездить на велосипеде, а Жорка, держась за его плечо научился плавать, они так и плыли в бассейне: с одной стороны Настя, с другой Жорка.

Когда вечером он уезжал  к себе, в свою сиротскую квартиру, Варя давала себе слово, что все завтра, она порвет с ним, навсегда.

Алексей уже перестал ездить в командировки, ушел из-за ранения в запас, нашел работу в солидном банке, жизнь налаживалась

Мама Варина решилась все- таки переехать, сделала она это в одночасье, причем  визит ее принес много слез и обид.

Вот и в  тот день, он никак не ожидал, застать своих любимых в слезах, Настя, билась в истерике, а Жора ничего не понимая, бил бабушку Галю кулачками по ноге.

Варя, рыдая, кричала, что – то ужасно бессвязное.

-Мама, мама, как ты можешь, такие  ужасы, не смей такие слова, не смей!

Он оторвал от бабкиной ноги Жорку, взял его на руки, Настю  отвел  ванную умываться, потом обоих закрыл в детской.

-Вот смотри, смотри, как он детей твоих лапает, кошка ты, а не мать.

Он сначала даже не понял, отчего Варя кошка, но тут такие пояснения полились из уст ее матери, что, как говорится «хоть святых выноси».

«Он оказался извращенцем, Варя тоже и  все они отморозки и педофилы»

. Он открыл дверь на площадку и, схватив  бабу Галю в охапку, понес к своей  машине. Он терпел за время дороги в загородный мотель и оскорбления, и физическую боль, кулачки у стареющей дамы были не слабые.

Мотель держал один из старых знакомых по интернату, Вадим.

Алексей, оплатил комнату и питание, и попросил Вадима присмотреть за старушкой,

— Хоть часа на три ее задержи, очень надо, дети в истерике.

— У тебя дети? Когда ты успел?

-Да долго объяснять, да и непросто.

Оставил Галину Михайловну за городом, возвратился домой.

Дверь открыла заплаканная  Настя, он хотел погладить девочку по голове, но отдернул руку, словно обжегся. Варя лежала на диване, свернувшись калачиком, он отнес ее в спальню. Он спал с нею рядом, одетый, вернее не спал, а охранял ее сон.

Она иногда всхлипывал во сне, и он шептал, как ребенку: «Тише, тише. У Мишки боли, у зайца боли, а у Вари заживи».

 За ссорой с мамой, и ее отъездом, в дом «пришел» грипп, дом превратился в лазарет, единственным здоровым в нем был он, Алексей, Леха.

Это были самые счастливые дни, Варя шла на поправку  медленно, ее мучил  утренний кашель, и  изматывала  температура.

Леха, взял отпуск за свой счет, развозил детей, кого в садик, кого в школу. И летел домой готовить обед,  мыть с хлоркой полы, и сидеть, и просто, смотреть, как любимая женщина читает книгу. Не брезгуя, выносил грязные салфетки и засыпал не на диване, а около Вари.

Но чудеса когда-нибудь кончаются, так было и в тот вечер, Варя, отложив книжку, подвинулась к нему, близко, близко.

В зеленых глаза ее затаилась грусть, сердце Алексея сжалось от жалости и любви, и он не выдержал, сначала он поцеловал ее в лоб, потом в висок.

А когда Варя  сама просто дотронулась до его губ своими, горячими и нежными губами, он дрогнул. Они целовались долго и страстно, а потом его любимая женщина откинулась на подушки  и равнодушно сказала: «Прости, я не хочу тебя, и никогда не захочу. Уходи».

Он склонился над ней и попытался увидеть улыбку на губах и смешинки в глазах, ничего подобного, взгляд Вари был спокоен и холоден, хотя дышала она прерывисто и возбужденно. Алексей попытался снова ее поцеловать.

-Уходи, убирайся, убийца!-  неподдельный  гнев исказил ее прекрасное лицо.

 Он ушел. Прошел месяц, другой она не звонила, он тоже.

Он не знал, как она плачет ночами, уговаривая себя: «Так надо, пусть будет счастливым. Так надо».

Она не видела, как седина побелила его виски, как бессонница мучит его до рассвета.

 

Похожие статьи:

КнигиПуть к здоровью ребенка

ТрадицииДревнерусский Род, община

ТрадицииЧем являлась Любовь для Ведического славянина

ТрадицииСемья – как основа славянского язычества

ТрадицииПроблемы современной семьи

Рейтинг
последние 5

Здрава

рейтинг

+3

просмотров

596

комментариев

10
закладки

Комментарии