Охота на царя

Охота на царя

Вот вы говорите: “Царь, царь!”. А вы думаете, нам, царям, легко? Ничего подобного! У всех трудящихся два выходных дня, а мы, цари, работаем без выходных. Рабочий день у нас ненормированный. [...] Если хотите знать, нам, царям, за вредность надо молоко бесплатно давать! Журнал “Здоровье” так прямо и указывает: “Нервные клетки не восстанавливаются!”.

цитата из кф “Иван Васильевич меняет профессию”

Почему-то в памяти всплыла именно эта цитата: она хорошо подходит для героя сегодняшней статьи. Нервотрепки у него хватает: то охотники надоедают, то прайд расшалился, то конкуренты норовят кусок территории оттяпать, то буйволы ушли на дальний водопой и придется обедать антилопой. Сплошной стресс, хотя лев научился с ним справляться: вместо молока за вредность и антидепрессантов он предпочитает спать часов этак 20 в сутки, поступая, как всякий уважающий себя кот.

Бой за место под солнцем

Почти 15 тысяч лет назад лев и человек соперничали на равных: по исследованиям испанского Университета Кантабрии, противостояние между людьми и гривастыми хищниками было необходимостью. Воевали за место вроде уютной пещеры — каждому хотелось там жить, за охотничьи угодья, да мало ли причин для вражды. Позднее львиные шкуры стали статусным предметом, доказывающим силу и ловкость охотника, который сделал из них себе одежду — не каждому было по плечу одолеть огромного хищника, так что укутанный в такой плащ человек мог по праву собой гордиться. В ход шли не только шкуры: из мощных когтей и клыков добытчики делали ожерелья, также работавшие на “статус” владельца. Первый парень на деревне, не иначе. При этом львиное мясо не использовалось в приготовлении пищи: у него весьма специфический вкус, который для большинства людей будет, мягко говоря, неприятным.

В этой битве на выживание медленно, но верно побеждал человек. Львы исчезли из Азии, обеих Америк, Европы — в том числе с южных территорий нынешней России. Правда, ученые склонны считать, что люди в этом вымирании никоим образом не были замешаны, но никакого другого внятного объяснения не предоставили. В любом случае, изначально противостояние носило характер необходимости: выживет сильнейший, а конфликты были скорее случайными, а не преднамеренными. На львов охотились, если они начинали уничтожать домашний скот, а много позднее отлавливали и воспитывали в неволе, преподнося дрессированного хищника в подарок царственным особам. Такой “подарок” подчеркивал величие и значимость повелителя, его высокое происхождение. Наиболее знаменитым был лев-телохранитель Рамзеса II, с которым он даже в битве вместе участвовал. В античных римских легионах львиными шкурами были увенчаны сигниферы, младшие офицеры, которым была доверена честь нести эмблему своего подразделения. В частности, это относилось к воинам элитных преторианских когорт: все остальные сигниферы обходились волчьими и медвежьими шкурами.

Участь азиатских львов

Доблестные римские воины и охотники, защищающие свои селения, вряд ли могли серьезно повлиять на поголовье львов, чего нельзя сказать об английских джентльменах. Офицерам-колонизаторам быстро наскучили привычные и однообразные развлечения, и они нашли себе новое — масштабные охоты на львов, в которых принимали участие сотни загонщиков и десятки стрелков. Геноцид был бы куда меньше, если б господа офицеры не считали практически своим долгом привезти домой шкуру убитого льва — а то вдруг не поверят в нечеловеческую храбрость и отвагу верноподданного короны.

Самец азиатского льва

Как вы понимаете, офицеров было много, поэтому в скором времени по результатам развлечения львов насчитывалось от силы три десятка живых особей на всю Индию. Что сделали англичане? Правильно, объявили убийство льва признаком дурного тона. В колонии стало совсем скучно — полагаю, это одна из причин деколонизации. Она пошла на пользу поголовью: постепенно азиатские львы снова расплодились, конечно, не до тех масштабов, но все же угроза вымирания миновала. Местные жители не видели в охоте на львов ничего веселого, и относились к ним так же, как к прочим животным. Единственным исключением был случай, когда отбившийся или изгнанный из прайда зверь сатанел от одиночества и становился людоедом.

“Призрак и Тьма”

Человек сменил копье и стрелы на винтовку, а лев все так же считался ценным трофеем. Но не всегда охотились именно люди: иногда они менялись местами с добычей, и сами превращались в цель.

Одной из самых известных в этом роде историй стал случай с двумя львами-людоедами, обитавшими в районе реки Цаво в 1898 году. В то время там шло строительство Угандийской железной дороги: львы открыли настоящую охоту на людей. Только индийских рабочих они убили, по разным данным, от 28 до 135 рабочих из Индии, а сколько еще было африканцев — неизвестно. Рабочие ставили вокруг палаток защитные сооружения из колючего кустарника, но они ни разу не остановили хищников. Строительство пришлось временно заморозить — люди страшились участи стать ужином для людоедов, и предпочли лишиться работы, а не жизни. Оно возобновилось только после того, как в декабре руководитель работ, Джон Генри Паттерсон, одного за другим застрелил обоих львов. Несмотря на то что они были самцами, грив людоеды не имели, а длина тела от носа до кончика хвоста составляла 3 метра. Их можно увидеть и сегодня: в 1924 году Паттерсон продал шкуры убийц Филдовскому музею естественной истории, что в Чикаго, а там из них сделали чучела.

Людоеды из Цаво

Менее известен инцидент в Танзании: там в 1932 году целый прайд словно сошел с ума, и за год отправил к праотцам полторы тысячи местных жителей. Аборигены искренне считали, что это проделки одного из шаманов, которого вождь племени “снял с должности” — дескать, нападения начались как раз после их ссоры, и просили предводителя извиниться перед колдуном. Вождь не собирался идти на уступки, нападения продолжались, и тут уже возник большой риск, что пост “главы племени” займет кто-то другой. Лишаться власти не хотелось: был нанят знаменитый в то время охотник, Джон Рашби, который убил 15 львов из прайда, вынудив остальных покинуть эти земли. Примерно в этот же период шамана-таки вернули на место, и, естественно, победу над прайдом присудили ему. Да и ладно, главное, что люди живы.

Надо сказать, что подобных случаев нападения львов на людей за всю историю нашего сосуществования насчитываются единицы. Амплуа кровожадных хищников, готовых сожрать всех и каждого, кто осмелился приблизиться к их территории — не более чем оправдание человеческой жестокости. В тоже время объяснить жестокость самих людей с каждым годом становится все проблематичнее

Не ходите, дети, в Африку гулять

Вышеупомянутые азиатские львы — только подвид. Как известно, “настоящие” звери этого вида обитают только в Африке. Строго говоря, здесь тоже далеко не рай — диких мест остается все меньше, и львам приходится туго. Если исключить пустыни, то царю зверей доступна только восточная часть Африки, да еще пара национальных парков. В тесноте, да не в обиде — по крайней мере, там львы могут жить по своим правилам и законам.

Что касается собственно львиных законов, то они просты как дважды два: не обижать малышей, много спать, и выходить на охоту, когда запасы пищи подошли к концу. Правда, дефицит для львов — понятие растяжимое: если человек откроет холодильник и увидит там пачку пельменей, то он может справедливо полагать, что какой-то запас пищи у него имеется. Другое дело — лев: это в зоопарке в его рацион входят рыба, яйца, рыбий жир, мел и мясо, а в дикой природе весь объем пищи приходится только на добычу, которой обычно становятся травоядные животные. За один присест взрослый лев способен съесть до 30 кг мяса, поэтому охотиться им приходится довольно часто.

Вопреки распространенному мнению, в прайде охотятся не только самки: распределения на добытчиков и трутней там нет. Действительно, саванна чаще принадлежит львицам, но только потому, что самцов выдает грива, а не из-за патриархата в прайде. Мужчины прайда обозревают окрестности на предмет появления посторонних недоброжелательных объектов: это выражается в спокойном лежании где-нибудь в тени одинокого дерева. Лев никогда не пойдет искать неприятностей на свою гриву — ему и так неплохо, так что враг не пройдет, когда окажется в зоне видимости самца. Иногда он все же проявляет активность, которая выражается в громком утробном рыке: это позволяет предупредить всех в радиусе 8-10 км о том, что здесь уже занято.

Интересный факт о гриве: ученым удалось узнать, что самец с более темной гривой, брюнет, обладает лучшей репродуктивной способностью, а блондин гораздо лучше переносит жару.

Если прайд живет не в саванне, а в лесу, то добыча пищи ложится на плечи всех и каждого, невзирая на пол и почти что возраст: исключение составляют только самые маленькие. Но даже в этом случае есть небольшие разграничения: антилопы, зебры и схожие с ними по размеру животные становятся добычей львиц, тогда как львы предпочитают более крупных буйволов.

Наследники

Царственных малышей холят и лелеют всем прайдом. Их вволю кормят, обучают, играют с ними, словом, обеспечивают натуральное безоблачное детство. Идиллия продолжается до двух с половиной лет: потом карета превращается в тыкву, молодая львица может остаться в прайде, a юный лев однозначно отправляется на вольные хлеба.

Некоторое время он наслаждается беззаботной жизнью, охотясь и развлекаясь в собственное удовольствие, и иногда может присоединиться к группе таких же молодых самцов. Там он пробудет максимум пару лет: потом лев заметит, что неплохо было бы обзавестись львицей, а то и двумя. У него есть два варианта: либо собрать молодых самок и основать новый прайд, либо найти семью с ослабевшим главарем и, уничтожив или изгнав старого льва, стать новым вожаком. Новый предводитель, скорее всего, уничтожит всё потомство старого, не достигшее годовалого возраста, а тех, кто старше, просто выгонит. На этой ситуации можно объяснять понятие “карма”, потому что все повторится точь-в-точь через несколько лет.

Ритуалы, символы и численность львов

Берберийские львы были полностью уничтожены в 1893 году: тогда в Африке застрелили последнего. Там же, в 1922 году, был убит последний в тех краях капский лев. Несколько особей этого вида сумели спастись только потому, что вовремя сбежали с юга Африки на восток и в центр континента. Сейчас они находятся под государственной охраной, и обитают на закрытой территории, но браконьеров уникальность капских львов ничуть не останавливает.

Да, численность львиной популяции падает не только из-за охоты и браконьеров, но так или иначе это связано с деятельностью человека. Из-за за уничтожения пастбищ, на которых кормятся стада зебр и антилоп, снижается численность травоядных: соответственно, уменьшается количество еды для львов. Они вынуждены нападать на домашний скот, а крестьяне не собираются этого терпеть и выходят на охоту. Но главная беда царя зверей — браконьеры и охотники, для которых убийство льва относится к разряду развлечений. Согласно статистике африканских природоохранных организаций, один такой, особо заскучавший, за какие-то два-три месяца способен уничтожить почти сотню львов. Защитники просто не успевают к месту преступления, и не способны его предотвратить, так как браконьеры оснащены отличной техникой. Преступники успевают скрыться еще до того, как будут обнаружены, оставляя труп, и изредка срезая кисточку с хвоста мертвого льва.

Это самое настоящее зверство, особенно если учесть, что во многих странах для контроля за численностью популяции выдают охотничьи лицензии. Не бесплатно: стоимость одного такого документа может превышать $20000. В какой-то степени выдача лицензий предотвращает преступление, а вырученные деньги направляют на создание для львов всех нужных условий. Правда, в таком ключе это больше напоминает разведение на убой.

Иногда хищников убивают не ради охотничьего трофея, который, как известно, входит в большую африканскую пятерку (сюда же относятся слон, носорог, буйвол и леопард), а для использования в магических ритуалах. Не спасает ни охрана, ни жизнь львов на заповедной территории: в Африке и на черных рынках других стран слишком популярны головы и лапы этих животных, что серьезно сказывается на их стоимости и влияет на решимость браконьеров.

Единственным преступлением в отношении львов, получившим мировой резонанс, стало убийство 13-летнего самца Сесила, который жил в национальном парке “Хванге” и считался неофициальным символом Зимбабве. Двое граждан страны организовали охоту на него для жителя США, владельца стоматологической клиники, которому захотелось острых ощущений. В итоге лев убит, аборигены получили по серьезному сроку, а сам охотник скрывается на родине, хотя ему тоже светит 10-летнее заключение. Клинику пришлось закрыть: защитники животных не давали ей нормально функционировать, устраивая пикеты и акции.

Лев Сесил в 2010 году

Резонанс возник только из-за того, что лев был знаменит. А сколько неизвестных гибнет только ради того, чтобы некто, пресытившись деньгами и вседозволенностью, увез их шкуру домой в качестве очередного трофея?

 

Похожие статьи:

ПриродаСтая скворцов спасается от ястреба

ПриродаХозяин тверского леса

ЖивописьНиколай Егорович Сверчков (1817-1898)

ПриродаЛев или Тигр?

ЮморИстория о том, как львенок укусил отца за хвост и вышел сухим из воды

Рейтинг
последние 5

Велена

рейтинг

+1

просмотров

306

комментариев

3
закладки

Комментарии