"Cymru nid Prydenwyr!" Какой почерк у валлийского сепаратизма?


Когда я был еще школотой-первоклассником и только начинал изучать английский по общеобразовательной школьной программе, про Уэльс я толком ничего не знал. Мне казалось, что Великобритания — это только Англия, со столицей в Лондоне, а Шотландия — отдельная страна со столицей в Глазго, а не в Эдинбурге (так мне говорила мама, что столицей является самый крупный город той или иной страны; население Эдинбурга 0,6 млн чел., Глазго — 2,1 млн; во втором случае — 45% всей Шотландии). Что Северная Ирландия также является самостоятельным государством, а Белфаст — ее столица. Год спустя, когда на уроках английского нам уже рассказывали об административном делении Великобритании и о том как полностью произносится название страны изучаемого языка, то про Уэльс там упоминалось только как об одной из составной части страны. Т.е. Великобритания = союз Англии, Уэльса и Шотландии, а Соединенное Королевство включает в себя часть Ирландии (The United Kingdom of Great Britain and Northern Ireland). Еще одним заблуждением было то, что будучи еще 8-летним, я считал Уэльс вообще частью Англии. Позднее, на одном из уроков аудирования, я узнал про Уэльс следующую информацию: "Уэльс. Горный район на западе Великобритании". Просто район — и все. Не государство, а горный район. Как Рур для Германии или Урал — для России. В старших классах я впервые узнал, что у Уэльса есть своя сборная по футболу и регби, который очень популярен наряду с "видом спорта №1". Это меня несколько шокировало: то, что футбольные сборные Соединенного Королевства давно уже выступают отдельными коллективами, и что у них есть свои национальные чемпионаты, секретом не является. Раньше я полагал, что национальные первенства есть только у англичан и шотландцев. Но когда в мои руки попала энциклопедия футбола авторства Кира Редниджа, мое представление о Уэльсе резко начало меняться. Причем произошло это раньше, чем я узнал про существование у них сборной этого "района". Позже я узнал про существование и валлийского языка, хотя до этого момента всегда думал, что в Уэльсе говорят только по-английски, как и на всем Туманном Альбионе, за исключением Шотландии и Северной Ирландии. Хотя дело вовсе не в футболе; спорт — это лишь часть любого общества, поэтому будем переходить к сути вопроса, стоящему в заглавии статьи.
С того момента, как состоялся первый референдум о статусе Шотландии, прошло почти 2 года (1 год и 9 месяцев). Результаты референдума вы знаете и без меня. Для тех, кто забыл, напомню, что 52% шотландцев проголосовали "ЗА" независимость, но в результате подтасовок бюллетеней, часть голосов сторонников независимости была подтасована в противоположную кучку, аннулировав тем самым волю шотландцев. I Шотландский референдум стал катализатором другого референдума, прошедшего чуть больше недели назад. Т.н. Brexit (сокращение от Britain Exit) должен был решить: должно ли Соединенное Королевство оставаться членом ЕС? И здесь результаты оказались противоположны шотландскому: 52% — "ЗА" выход из ЕС. Кэмерон даже и представить не мог, что с таким результатом он запустил процесс распада Соединенного Королевства как единого государства. Ведь Шотландия и Ольстер намерены оставаться в Евросоюзе, причем в случае с Ольстером все проще: достаточно провести референдум о воссоедиении с остальной частью Изумрудного острова и евроструктуры автоматически разместят свои офисы в Белфасте. У Шотландии ситуация немного сложнее: заявку на вступление в евроструктуры придется подавать заново. Плюс со вступлением в НАТО, скотты собираются разоружиться, что вынудит Лондон платить за аренду своих баз в Северном море.
А что же Уэльс? Если ссылаться на статистику голосования на Brexit-е, то валлийцы проголосовали "ЗА" выход из ЕС. Но и в самом Уэльсе все далеко не так просто. И если Шотландия с Ольстером выйдут из состава UK, то Уэльс будет последним кандидатом на выход из-под Британской короны, не говоря уже про автономию графства Корнуолл, самой юго-западной точки Великобритании. Может случится так, что к 2045 г. Соединенное Королевство исчезнет с политической карты, а на его территории образуются 3-4 независимых государства в лице Английской Республики, Шотландии и Уэльса (возможно и Корнуолла). И если про шотландский и ольстерский сепаратизм все более или менее ясно и информации про них достаточно, то какой характер носит в себе валлийский сепаратизм? Каким будет будущее Британской короны, если вслед за Эдинбургом и Белфастом Кардифф скажет свое "good-bye"?
 


 
Mae hen wlad fy nhadau yn annwyl i mi,
Gwlad beirdd a chantorion, enwogion o fri;
Ei gwrol ryfelwyr, gwladgarwyr tra mad,
Dros ryddid collasant eu gwaed.

Рефрен (cytgan):
Gwlad, Gwlad, pleidiol wyf i'm gwlad.
Tra môr yn fur i'r bur hoff bau,
O bydded i'r heniaith barhau.

Hen Gymru fynyddig, paradwys y bardd,
Pob dyffryn, pob clogwyn, i'm golwg sydd hardd;
Trwy deimlad gwladgarol, mor swynol yw si
Ei nentydd, afonydd, i mi.

Рефрен

Os treisiodd y gelyn fy ngwlad tan ei droed,
Mae heniaith y Cymry mor fyw ag erioed,
Ni luddiwyd yr awen gan erchyll law brad,
Na thelyn berseiniol fy ngwlad.

Рефрен


Это — оригинальный текст валлийского гимна. А вот его английский и русский переводы.

English:
The land of my fathers is dear unto me,
Old land where the minstrels are honored and free;
Its warring defenders so gallant and brave,
For freedom their life’s blood they gave.

Рефрен (Refrain)
Home, home, true am I to home
While seas secure the land so pure
O may the old language endure.

Old land of the mountains, the Eden of bards
Each gorge and each valley a loveliness guards
Through love of my country, charmed voices will be
Its streams, and its rivers, to me.

Рефрен

Though foemen have trampled my land 'neath their feet
The language of Cambria still knows no retreat
The muse is not vanquished by traitor’s fell hand
Nor silenced the harp of my land.


Рефрен

Русский:
Страна моих предков, страна моих снов,
Раздолье поэтам, простор для певцов;
Страна, чьи герои добыли в бою
И честь, и свободу твою.

Припев
Уэльс! Уэльс! Древний, славный Уэльс!
Чьё море в веках хранит стеной
Твою чистоту и покой.

Для бардов долины и горы здесь — рай,
Мелодий и звуков исполнен наш край;
И эха раскаты, плеск волн и ручьи
Звучат в каждой песне они.

Припев

Пускай твою землю топтали враги,
Твой чудный и древний язык не погиб;
И не удавалось ещё никому
Смирить твоей арфы струну.

Припев


Красиво, согласитесь, не правда ли? "Страна моих предков, моих снов, раздолье для поэтов, простор для певцов...". Сам думал, что в Уэльсе, как и во всей Великобритании исполняют только "God save the Queen". Если вы пользуетесь Википедией, то знаете лучше меня, что Википедия — мультилингвальная энциклопедия. В этом одно из ее достоинств. Поэтому, когда вы захотите открыть интересующий вас материал на другом языке, вы можете выбрать абсолютно любой язык. Необязательно выбирать английский, немецкий или французский; сегодня многие уже наверняка смотрят китайскую Педивикию и их выбор можно понять. Более того, Википедию можно почитать на баварском диалекте немецкого языка (Boarisch) или на платтдойче (Deitsch) и даже на эсперанто. Языки расположены в алфавитном порядке, а в числе первых идет язык, обозначенный как Cymraeg. Многие бы задались вопросом: что это за страна такая Кимрия и где такой язык распространен? А все куда проще: Cymru — это самоназвание Уэльса! Да-да, такое вот необычное и оригинальное, непривычное нашему уху обозначение страны. В разговорной валлийской речи оно произносится как "Камри" (или "Кэмри"; владельцы седанов известной японской марки авто поймут!). Откуда вообще пошло такое самоназвание?

Давайте немного обратимся к истории Уэльса.
Говорит ли вам о чем-либо такой термин как "кембрийский период"? Все дело в том, что кембрийский период или Кембрий считается началом палеозойской эры. Это — геологический период, с которого началась палеозойская эра, как и весь фанерозойский эон. Начался 541,0 ± 1,0 млн лет назад, закончился 485,4 ± 1,9 млн лет назад. Продолжался, таким образом, примерно 56 млн лет. Комплекс отложений (горных пород), соответствующих данному возрасту, называется кембрийской системой. Впервые выделена в 1835 году английским исследователем А. Седжвиком и получила название от римского наименования Уэльса — лат. Cambria. Он выделил 3 отдела кембрия. Международная комиссия по стратиграфии предложила с 2008 года ввести 4 отдел.

"Палеос" по-гречески "древний", что и отражено в гимне Уэльса ("Древний и славный Уэльс..."). Есть даже такая наука — палеонтология, которая является одной из ветвей геологии.

В начале этого периода возникли организмы, обладавшие минеральными скелетами. В палеонтологической летописи появились все обладающие скелетами типы животных, известные в настоящее время, за исключением мшанок. Долгое время «взрывное» появление жизни в кембрийском периоде ставило в тупик ученых. Относительно недавно была открыта так называемая эдиакарская фауна, а также менее известные хайнаньская фауна и фауна Доушаньто, относящиеся к эдиакарскому периоду позднего протерозоя — более древние, но не имевшие никаких скелетных образований и долгое время остававшиеся скрытыми от палеонтологов. Стало ясно, что многоклеточная жизнь возникла не в кембрии, а существенно раньше, а в кембрии организмы «научились» строить минеральные скелеты, которые имеют гораздо больше шансов сохраниться в толщах пород, чем мягкие тела животных.

Название «Уэльс» происходит от англ. Wales, а то, в свою очередь, от др.-англ. Wealas, множественного числа слова Wealh. Последнее слово является общегерманским и происходит, по всей видимости, от названия племени вольков, то есть изначально оно обозначало всех кельтов. Позже, после того как германцы вошли в контакт с Римом, оно стало обозначать не только кельтов, но и людей, говорящих на латыни, позже — романских языках (ср. Валлония в Бельгии, Валахия в Румынии). В Британии слово wealas обозначало в первую очередь бриттов, в том числе валлийцев и корнцев (название Корнуолла содержит тот же корень). Правда, в древнеанглийских памятниках есть и примеры того, как этот корень используется по отношению к римлянам.

Валлийское название — Cymru — происходит от общебриттского *kom-brogi 'соотечественники' (ср. также кумбрийский язык, Камберленд). От этого слова происходит и латинское название Cambria. Согласно Гальфриду Монмутскому, Cambria происходит от мифического короля Камбера, но это следует признать выдумкой.

Указатели в Уэльсе продублированы на английском и валлийском языках.
Во время римской оккупации, примерно в IV веке в Уэльс пришло христианство. После ухода римских войск из Британии (ок. 410), романизованные бритты создали множество мелких королевств. Государства южных и восточных равнин острова были быстро завоёваны наступающими англосаксами, но королевства, расположенные в гористых районах Северной Англии и нынешнего Уэльса оказались более устойчивы. В конце концов, бриттские королевства севера пали под ударами англосаксов и шотландцев, но западным бриттам удалось закрепиться в Уэльсе. Однако потеря плодородных земель и богатых городов юго-востока острова не позволили им эффективно бороться за возвращение этих территорий.
Земли, уступленные англосаксам, получили название Lloegyr (в современном языке — Lloegr). В то же время начинает развиваться собственно валлийская идентичность, в текстах всё чаще встречается слово Cymry 'соотечественники'.

Германские племена англосаксов, начавшие в V-VI вв. колонизацию острова, наибольшее сопротивление встретили как раз со стороны кельтов-кимров на территории нынешнего Уэльса. Не случайно англосаксы назвали эту территорию «Уилхас», что переводится как «земля чужаков». Лишь в XII веке при английском монархе Генрихе II формально под англосаксонским господством оказались земли кельтов — частично Шотландия, прибрежная Ирландия и весь Уэльс, управляемые через вассалов английским королём. В 1282 году Уэльс окончательно потерял какую-либо государственность.
После нормандского завоевания Англии в 1066 уэльские королевства стали постепенно попадать под влияние восточных соседей, несмотря на сопротивление валлийских правителей. Вильгельм Завоеватель попытался подчинить валлийцев, создав несколько мощных феодальных владений на границе с Уэльсом. Лорды так называемой Валлийской марки в большой мере сохраняли независимость до времени правления Генриха VIII. Некоторые валлийские правители, такие как Оуайн Гвинед, Рис ап Грифид, Лливелин ап Иорверт, в разное время объединяли под своей властью значительную часть страны, однако объединения Уэльса так и не произошло. В 1282 году, после того как Лливелин ап Грифид, объявивший себя правителем всего Уэльса, погиб, а его брат взят в плен и казнён, войска Эдуарда I захватили всю территорию Уэльса. Англичане возвели несколько мощных замков (в частности, Кайрнарвон и Конуи на севере Уэльса, возле королевской столицы Гвинеда Гарт-Келин), чтобы контролировать местное население. Последним мощным восстанием было восстание Оуайна Глиндура, случившееся на век позже. Валлийская семья Тюдоров, активно участвовавшая в Войне Алой и Белой розы, в 1485 году стала царствующей династией в Англии. Окончательное юридическое слияние княжества Уэльс с Англией произошло при Генрихе VIII после принятия ряда законов, согласно которым валлийское право в Уэльсе заменялось английским.
После вхождения Уэльса в состав Англии и упразднения Валлийской марки происходит постепенное разрушение традиционных порядков: валлийские дворяне перенимают образ жизни английских сквайров, многие валлийцы переезжают в Лондон, где добиваются значительных успехов, как Джон Ди. Английский язык заменяет валлийский не только в государственном управлении и судопроизводстве, однако в ходе Реформации и введения в Великобритании англиканства был произведен перевод на валлийский язык Библии и ряда богослужебных текстов (важную роль здесь сыграли Уильям Солсбери и Уильям Морган).

В XVII и XVIII веках в Уэльсе набирают силу различные нонконформистские движения, в первую очередь методизм, при нонконформистских часовнях существуют воскресные школы с преподаванием на валлийском языке. В конце XVIII века юг Уэльса становится одним из центров промышленной революции: обнаружение запасов каменного угля, железной руды и олова приводит к открытию крупных сталелитейных центров Доулайс и Кивартва (ныне — на территории графства Мертир-Тидвил), а также угольных шахт, которые их обслуживали. В поисках работы в долины Южного Уэльса прибывает множество людей как из самого Уэльса, так и из других частей Великобритании и из Ирландии. В то же время многие валлийцы отправляются в Англию, в частности, в растущий порт Ливерпуль. В XIX веке промышленность Южного Уэльса переориентируется на добычу угля для паровых машин, который уходит как на внутренние британские рынки, так и на экспорт: маркиз Бьют поддерживает развитие Кардиффа, который становится крупнейшим угольным портом мира и самым важным городом Уэльса. На севере страны активно развивается добыча сланцев для строительной отрасли. Многие города на северном и западном побережье приобретают популярность как курорты (Лландидно, Рил, Абердиви и другие). Холихед становится важным транспортным центром как место отправления парома в Ирландию, он соединяется с Лондоном сначала дилижансным, а позже и железнодорожным сообщением.

Бурный рост промышленности и приток населения на юге Уэльса были связаны с организацией рабочего движения. В 1830-х годах в Уэльсе происходят два крупных восстания: восстание в Мертир-Тидвиле 1831 года и чартистское восстание в Ньюпорте 1839 года. Угольные долины южного Уэльса стали одной из колыбелей чартистского движения, а позже — тред-юнионизма. В конце XIX века там же зарождается и набирает силу Лейбористская партия. Также в Уэльсе были сильны позиции либералов, самым известным из которых был выходец из Уэльса Дэвид Ллойд Джордж, изначально получивший известность своей деятельностью в национальном и рабочем движении.

В XIX веке набирает силу националистическое движение. Развитие кельтологии стимулирует интерес к валлийским истории и культуре, создается ряд патриотических организаций, таких как «Молодой Уэльс» (валл. Cymru Fydd), в работе которого участвовал Ллойд Джордж, и Общество святого Давида. В 1893 году основан Университет Уэльса с колледжами в Аберистуите, Бангоре и Кардиффе, значительное распространение получает валлийская периодическая пресса. Дэниэл Оуэн создает первые современные романы на валлийском языке.

Значительное распространение в Уэльсе получает регби, и сборная страны добивается крупных успехов на протяжении XIX и XX веков.
В начале XX века промышленный рост Уэльса продолжается. В 1914 году принимается закон, согласно которому Церковь Англии перестает быть государственной церковью в Уэльсе, однако он вступает в силу лишь в 1920 году, после окончания I мировой войны.

После окончания войны в Уэльсе, как и по всей Великобритании, происходят значительные социальные изменения, связанные, в частности, с увеличением занятости женщин. С политической точки зрения продолжается рост популярности Лейбористской партии. В 1925 году основана валлийская националистическая Партия Уэльса во главе с Сондерсом Льюисом. С 1930-х годов в связи с Великой депрессией и сокращением экспортных рынков начинается упадок уэльской угольной и металлургической промышленности.

В ходе Второй мировой войны ряд городов Уэльса, в первую очередь Суонси, значительно пострадали от налётов немецкой авиации.

После войны продолжается упадок традиционной тяжёлой промышленности, однако в целом, как и по всей Великобритании, наблюдается значительный рост благосостояния, в частности, при участии валлийского представителя лейбористов Анейрина Бевана создается Национальная служба здравоохранения. В 1955 году столицей Уэльса официально провозглашён Кардифф.

С 1960-х годов в обществе начинают играть важную роль вопросы национализма, что связано, в частности, со знаменитой речью Сондерса Льюиса «Судьба языка» (валл. Tynged yr Iaith), после которой создаётся Товарищество валлийского языка (валл. Cymdeithas yr Iaith Gymraeg). Товарищество провело ряд акций гражданского неповиновения, требуя дублировать дорожные указатели на валлийском языке. Среди других важных событий можно назвать протесты против затопления деревни Капел-Келин (где все жители говорили на валлийском языке) водохранилищем, снабжавшим водой английский Ливерпуль, и борьбу за создание валлийского телеканала (открыт в 1982 году). В 1979 году был проведен референдум об автономии и создании уэльского парламента, однако этот план поддержали только 20,2 % проголосовавших.

Планы правительства Маргарет Тэтчер по приватизации угольной отрасли в середине 1980-х годов привели к крупномасштабным забастовкам в Южном Уэльсе, однако протестующие не добились своей цели.

В 1993 году принят закон о валлийском языке, согласно которому валлийский получает в пределах Уэльса равный статус с английским языком; в 2001 году перепись населения зафиксировала увеличение числа людей, владеющих валлийским языком. В 1997 году проводится повторный референдум об автономии, и небольшое большинство проголосовавших выступило за создание Уэльской ассамблеи. Работа Ассамблеи началась в 1999 году.
Итак, когда валлийский язык получил равные права наряду с английским, ситуация в регионе стабилизировалась, и валлийцы выступали как одни из верноподданных Британской короны, признавая законную власть монархини без ущемления своих прав. Но раз валлийцы и англичане должны жить в ладах друг с другом вечно, с чего бы Уэльсу в один прекрасный момент взять и провозгласить самостоятельность от Лондона? Шотландия — вон та вспомнила, как ее насильно притянули унией 1707 г. под корону и решила провести референдум в 2014 г. Ирландия и вовсе пережила неизгладимое национальное унижение, что привело к войне за независимость сразу после Первой мировой войны; в итоге подконтрольным Лондону остался только Ольстер, где национализм вновь начал набирать обороты в последнее время, т.к. число протестантов там сократилось. Откуда тогда взяться сепаратизму в Уэльсе. Обратимся к материалу, который так и называется — "Валлийский сепаратизм":
Борьба за независимость Уэльса ведется в активной форме не так уж давно, с начала XX века, хотя независимость Уэльс утратил еще в XV веке. Валлийский сепаратизм не достиг, правда, такого размаха и мощности, как ирландский сепаратизм или даже шотландский сепаратизм, но его развитие и сам вопрос борьбы за независимость Уэльса заслуживают отдельного рассмотрения.

Политическую борьбу от имени валлийцев ведет основанная 5.8.1925 «Плэйд Кюмри», до 1950-х остававшаяся маленькой локальной партией, в 1966 выиграла первый мандат (в Кармартене), в 1970 претендовала на все места от Уэльса, в 1976 впервые завоевала большинство в каком-либо муниципальном совете. В 80-х проводила кампанию с целью добиться для Уэльса отдельного членства в Евросоюзе. Преследует цель конституционным образом привести Уэльс к статусу равноправного игрока в Европейском Сообществе; домочься социальной справедливости и экономического процветания на основе децентрализованного социализма; построить равноправное общество; билингуальность социума; добиться членства в ООН.

Британские власти с конца Второй мировой постоянно проводили в Уэльсе перераспределение полномочий и повышали статус валлийской проблемы: в 1949 создан валлийский совет, в 1951 открыт офис по делам Уэльса, в 1964 учреждена должность государственного секретаря по ним же. В 1978 акт об устроении местного парламента (интересно, что акт об устроении шотландского парламента принимался отдельно) прошел утверждение в парламенте Великобритании, и в день св. Давида в 1979 состоялся референдум. По одной версии «за» 40% из явившихся, т.е. де факто 11% общего числа избирателей, по другой 956 против 243 тыс. «против», т.е. «за» около 12% В 1997 повторный референдум позволил провести акт в жизнь при чуть более 50% голосов «за» (7000 голосов разницы) и 50%-ной явке. Победа была достигнута при активном пособничестве либеральных демократов и лейбористов.
Существует и радикальное крыло валлийского национализма, и, фактически, поджог стал явлением борьбы за национальную идею в 20 веке, каковое явление некоторые антропологи увязывают с ролью огня в кельтском пантеоне. В сентябре 1936 начало практике положили три уважаемых в обществе человека – преподаватель университета, клирик и школьный учитель, кстати, активисты «Плэйд Гюмри» – которые подожгли деревянные строения на учебной базе британских ВВС в ПенибертПен-и-Берт, которая «нарушала гармонию на полуострове Ллин». Вслед за тем они все трое явились в полицию, объяснив, что действовали в интересах защиты валлийской культуры. Местный суд затруднился вынести вердикт, передав дело в Лондон, в итоге каждый из участников получил по 9 месяцев, благодаря 250 тысячам подписей на петиции в их защиту, и сами они стали живыми легендами национализма, коллективно известными как «ю три» («тройка»).

Послевоенное время повлекло активизацию валлийского национализма. В 1949 «Плэйд Кюмри» покинуло полсотни самых активных членов, считавших, что партия совершенно не борется за интересы Уэльса, сконцентрировавшись на вопросе языка, основавших Gweriniaethwyr (=Валлийское республиканское движение). Одно из главных перьев группы, Клифф Бере, был в свое время осужден за неоднократное сжигание «унион джека» на разных официальных мероприятиях.

В 1962 выходцами из «Плэйд Кюмри» основано лингвистическое общество Cymdeithas yr Iaith (=the Welsh Language Society), добивавшееся культурных концессий и таких штук, как двуязычные дорожные знаки, в том числе и такими методами, как расшибание витрин контор, не имеющих двуязычных вывесок. Общество почти целиком добровольное, только два его члена работают в нем профессионально. Упомянутое лингвистическое общество тоже боролось и тоже с засильем английских землевладельцев, но ненасильственным путем, а именно устраивало сидячие забастовки и портило замки в офисах фирм по торговле недвижимостью, организовывало массовые кампании, проводило выездные курсы валлийского, требовало колледжа только на валлийском, позитивной дискриминации в пользу местных и т.д.
Существовал и существует и воинствующий валлийский национализм. В 50-70-х наблюдались акции против резервуаров, снабжавших английские города и районы городов, а с 70-х акцент акций перенесен был на дачи, купленные англичанами. Крупные промышленные центры Англии с некоторых пор снабжались водой из Уэльса, и попытка затопить долину Триверина, площадью 615 акров плодородной почвы, дабы создать там резервуар для снабжения водой Ливерпуля, получила большой общественный резонанс. Как оказалось по ходу разбирательства, во всем Уэльсе нет никакой администрации, способной предотвратить отъем воды, и ливерпульские чиновники могут делать с ней все, что захочется, хоть продавать, без консультаций с гражданами и жителями долины. 1952 год ознаменован первым в новейшей истории деянием насильственного характера, попыткой группы энтузиастов взорвать водопровод из Уэльса в Бирмингем. История с триверинским водохранилищем имела прямым следствием возникновение Mudiad Amddiffyn Cymru (=The Movement to Defend Wales). В феврале 1963 МАК произвела первый теракт, взорвала трансформатор на дамбе, что обошлось в 36 тыс. фунтов ущерба и шестинедельный перерыв в работах, а в момент осуждения на год одного из устроителей теракта взорвала пилон линии электропередач. Она и далее атаковала объекты водоснабжения и энергетики, офис налоговой инспекции, в 1969 взорвали сами себя два ее члена, желавшие подложить бомбу под железнодорожный состав принца Чарльза, направлявшегося на церемонию получения титула принца Уэльсского. В принципе, эту практику британцам удалось пресечь, и 70-е годы отмечены только спорадической активностью сепаратистов.

В начале 80-х последовало новое обострение: «Валлийская армия за рабочую республику» устроила несколько взрывов против военных объектов, правительственных зданий, офисов консервативной партии, а три фракции принялись поджигать дачные дома британцев, положив начало новому. «Дачи» эти образовались в результате обеднения местных жителей; те перебирались в города, а дома скупались более состоятельными англичанами, что влекло повышение цен на жилье до уровня недоступности местным жителям; все это вызвало протест на селе, однако попытки продавить закон о преимущественном праве приобретения таких домов валлийцами провалились – нельзя, мол, утеснять торговлю; к рождеству 1979 года в Гвинедде 8% всех домов вообще, а в популярных локациях на море процент достигал 50%, и начался процесс перехода вообще всей собственности и бизнес-активности в руки приезжих с деньгами. И «Валлийская армия», и две из трех организаций, занимавшихся поджогами, были нейтрализованы полицией к середине 80-х. В строю осталась только организация под названием «Сыны Глендаура» (Meibion Glyndŵr), которая вот уж четверть века так занимается поджогами этих дач. Собственно «МБ» взяли название по имени лидера валлийского восстания 15 века Оуэна Глендаура. Первой их акцией стал, по сведениям полиции, поджог коттеджа в месте Минидд Нефин (Mynydd Nefyn) 13 декабря 1979. В классическом виде активисты МБ врывались в пустые дома, поджигали их самым простым путем, а потом сообщали о содеянном в подметных письмах и телефонными звонками. С конца 80-х стали поджигать специально дома парламентариев-консерваторов и однажды целью стал дом секретаря по валлийским делам. «МГ» за первые 9 лет своей работы распространили свою деятельность и за пределы собственно Уэльса, и за пределы только дачных зон, взявшись за офисы контор по торговле недвижимостью, добравшись до офисов консервативной партии в Лондоне, и за пределы собственно поджогов, взявшись применять бомбы с часовым механизмом. По свидетельствам подметных писем, борьба шла против «колонистов и капиталистов», поскольку те враги народа, «их свободный рынок убивает Уэльс и надо восстановить справедливость». За 25 лет такой активности 140 поджогов, общий ущерб достиг 1 миллиона фунтов, но никто не пострадал и не погиб. С 1979 по обвинению в такого рода увеселениях посажено 19 человек, однако саму организацию так и не удалось вскрыть и рассмотреть, хотя за информацию полиция установила награду объемом в 50 тыс. фунтов, и еще 30 тыс. сверху добавила «Вестерн Мэйл». Интересно, что поскольку все эти акции походят в густонаселенном районе, то вряд ли незаметно для его жителей, из чего аналитиками делался логичный вывод, что «МГ» пользуются моральной и пассивной поддержкой населения, «рассматриваясь как сорт Робин Гуда», что и подтверждается социологическими исследованиями: в целом 57% населения Уэльса поддерживают идеи «МГ», но, правда, только 6% одобряют их стиль работы. Валлийский ультра-радикализм тоже продолжает существовать: в 2001 бывшего специалиста по взрывчатке осудили за подбрасывание муляжей взрывных устройств и рассылку корреспонденции с имитацией антракса, в т.ч. в местную валлийскую ассамблею. По сообщениям сочувствующих, в 2005 на день Давида, покровителя Уэльса, группа под названием Валлийская республиканская армия (ВРА) ворвалась в Кардифф Кастл и заменила все «юнион джеки» на валлийские флаги, а трофеи сожгла с большими церемониями в городке Килмери, где находится монумент Ллевелину, заодно закрасив в округе все указатели на английском языке.
Движение Шотландии к самоопределению повлекло за собой рост сепаратистских настроений и в ещё одном национальном анклаве Великобритании — Уэльсе. Там уже не исключают возможности, что рано или поздно вопрос о «деволюции», так в Великобритании называют процесс передачи властных полномочий от Лондона местным органам управления, будет поднят в Уэльсе на официальный уровень.

Проблема самоопределения Уэльса весьма сложна и может быть решена только при учёте целого ряда факторов, каждый из которых при определённых обстоятельствах сыграет в сепаратизме либо способствующую, либо препятствующую роль.
Территория, занимаемая анклавом в составе Великобритании, невелика — немногим более 20 тыс. кв. км, да и население насчитывает всего порядка 3 млн. человек. Жители Уэльса, валлийцы, считают себя потомками «коренного» населения Великобритании — кельтского племени кимров, заселившего эту территорию где-то в 400 году до н.э., и составляют приблизительно две трети населения анклава.
В отличие от ирландских и шотландских потомков кельтов валлийцы в той или иной мере сохранили свой язык. Причём не только как средство общения в быту, но и как официальный. Ещё в 1942 году этот язык был признан Лондоном в качестве «средства коммуникации». А в 1993 году на основе специального закона он, как второй официальный в анклаве, был приравнен к английскому. По переписи населения в 2001 году впервые было зафиксировано увеличение числа людей, владеющих этим языком.Важным фактором, способствующим сепаратистским настроениям в Уэльсе, всегда считался конфессиональный вопрос. В своё время англосаксонские завоеватели, будучи язычниками, сделали немало, чтобы ликвидировать на острове христианство, занесённое сюда ещё в период римского господства. Этот факт не забыт в большинстве своём клерикально настроенными валлийцами. Уже в период Реформации XVI века в Уэльсе получило распространение англиканство — разновидность протестантства во главе с английским монархом. Однако валлийцы усматривали в этом изощрённую форму английского гнёта. Поэтому в ходе борьбы за самоопределение они всегда выступали и за религиозное обособление. В 1920 году наконец была образована национальная церковь Уэльса, отделившаяся от англиканской, управляемой из Лондона, и избран «свой» архиепископ. Эта церковь, формально считаясь самостоятельной, входит в содружество англиканских церковных организаций. В 2002 году неформальным главой (всемирной) англиканской церкви был назначен архиепископ Уэльский Роуэн Уильямс, считавшийся борцом за национальные права валлийцев. Примечательно, что это назначение было осуществлено по рекомендации бывшего в то время британским премьером Тони Блэра, который, по мнению экспертов, будучи борцом с сепаратизмом, тем самым попытался «повязать» авторитетного религиозного деятеля Уэльса, включив его в лондонский истеблишмент и приблизив к британскому престолу.
Уэльс считается колыбелью рабочего движения в Великобритании и трейд-юнионизма. Именно здесь зарождалась и набирала силу лейбористская партия. В анклаве традиционно сильны позиции либералов, самым известным из которых считается валлиец Д. Ллойд-Джордж, ставший одним из самых популярных в истории страны в XX веке премьер-министром, но изначально получивший известность своей активной деятельностью в националистическом движении. Именно лейбористы в союзе с либералами во второй половине прошлого века сделали реальные шаги в направлении «деволюции». Правительство лейбористов Гарольда Вильсона в 1969 году создало официальную комиссию для рассмотрения возможности самоуправления в национальных анклавах, правда, без права выхода из состава единого государства. Затем последовали и другие шаги в данном направлении, пока в 1997 году по инициативе тех же лейбористов не был проведён референдум по вопросу о формировании национальной ассамблеи Уэльса. Несмотря на то что эта идея получила одобрение лишь незначительным большинством голосов, нечто наподобие национального парламента в анклаве было создано. Правда, его полномочия были весьма и весьма ограничены и не шли ни в какое сравнение даже с аналогичным органом, созданным в Шотландии.

Тем временем к началу 2000 годов в Уэльсе вызрели новые идеи относительно углубления процесса самоопределения. Британский парламент в 2006 году был вынужден принять отдельный закон об управлении Уэльсом, согласно которому полномочия нацассамблеи были существенно расширены, в том числе за счёт наделения её правом самостоятельно принимать новые законы, а не только «вторичного» законодательства в рамках общебританских законов. Помимо этого, создаётся исполнительный орган — правительство ассамблеи Уэльса. Партия, по итогам выборов получившая большинство в ассамблее, назначает первого министра, который и становится главой правительства. 1 марта 2006 года, в день покровителя Уэльса — Святого Давида, королева Елизавета II открыла в столице анклава Кардиффе новое здание национальной ассамблеи, известное как «Сеннед».
На выборах 2011 г. в национальную ассамблею националистическая «партия Уэльса» опустилась по сравнению с предыдущими, 2007 года, выборами на третье место. Она получила всего лишь 11 мандатов из 60 и уступила второе место консерваторам (14 мандатов), традиционно выступающих за неделимость Соединённого Королевства. Большинство же мест в ассамблее по-прежнему принадлежит общебританской лейбористской партии.

Если проблема с самоопределением Уэльса всё же выйдет на официальный уровень, с неизбежностью встанет вопрос об экономической подпорке нового образования. Известно, что в период так называемой промышленной революции, охватившей Европу в середине XIX века, Уэльс стал ядром британских преобразований в области экономики. Здесь было построено много шахт и металлургических заводов. Значительно вырос жизненный уровень валлийцев, зачастую даже превосходивший соседей-англичан. Однако сегодня Уэльс — депрессивный по британским меркам регион. Упадок угольной промышленности — основы благосостояния анклава — больно ударил по валлийцам, подняв уровень безработицы до беспрецедентных высот. Сельское хозяйство анклава в силу климатических условий не может выручить экономику Уэльса.
Причину своих невзгод валлийцы склонны были видеть в неудовлетворительных методах экономического регулирования центральными властями. Между тем Лондон предпринимал попытки выправить положение за счёт переориентации экономики анклава на современные виды индустрии. Сегодня в Уэльсе делают электронику, аэрокосмическое оборудование, правда, центры высокотехнологичного производства расположены в других частях Соединённого Королевства.

Характерная черта сепаратистского движения в Уэльсе — его упор на так называемый неполитический, культурный национализм. В этом плане валлийцы отличаются от тех же шотландцев, которые ещё со времён нормандских завоеваний острова в XII веке превратились в культурном отношении в «английских сателлитов». Валлийцы же отвергли культурную ассимиляцию с «оккупантами», что объединяет их с ирландцами. Перевод Библии в 1588 году предохранил валлийский язык от распада на диалекты и стал существенным стимулом к развитию национальной литературы.

На рубеже XIX-XX вв. в Уэльсе были созданы такие национальные институты культуры, как, например, университет (1893 г.), национальная библиотека и национальный музей (1907 г.). С середины прошлого века в Уэльсе ежегодно проводятся фестивали народных танцев и музыки. Включение Уэльса, впрочем, как и других национальных анклавов Соединённого Королевства, в международную футбольную организацию — ФИФА и европейскую — УЕФА в качестве самостоятельного члена стало дополнительным стимулом для подпитки националистических настроений в анклаве.

Казалось бы, есть весомые основания для того, чтобы Уэльсу во весь голос заявить о своих правах на самоопределение. Однако не следует забывать и о международных аспектах столь решительного шага. Валлийские националисты, естественно, пытаются по примеру ирландцев или шотландцев найти поддержку своим устремлениям за океаном, в США, где издревле существуют национальные общины выходцев с Альбиона. Но, к их разочарованию, американская община валлийцев не столь боевита и влиятельна, как, например, ирландская. И надеяться на её способность возбудить негативные эмоции среди американцев, и тем более руководства страны, относительно «британского имперского гнёта» в отношении нацменьшинств Соединённого Королевства бесперспективно.

Есть призрачная надежда на то, что исторические противники Британии в Европе — Франция и Германия — хотя бы морально поддержат валлийских сепаратистов из тех соображений, что, мол, дезинтегрированная Великобритания сойдёт со сцены как региональный экономический конкурент и, следовательно, утратит своё влияние как мощный военно-политический союзник Вашингтона. Однако не следует забывать, что и Париж, и Берлин «повязаны» с Лондоном членством в НАТО и ЕС, руководству которых вряд ли нужны дополнительные очаги конфликтов внутри данных организаций. Да и другие европейские страны, такие влиятельные, например, как Испания или Бельгия, ни в коем случае не встанут на сторону валлийских националистов, чётко осознавая последствия таких прецедентов для собственных интересов, подверженных опасности внутреннего сепаратизма в своих национальных анклавах.

Соединенное Королевство поразил сепаратизм на высшем уровне
Децентрализация и сепаратизм в Соединенном Королевстве охватили не только ирландцев и шотландцев. Источником сепаратистских тенденций стал парламент. В британской Палате общин англичане получат право блокировать решения большинства по вопросам, касающимся Англии. Законопроекты, которые касаются собственно Англии, будут проходить четыре чтения вместо трех. Представители Уэльса, Шотландии и Северной Ирландии не смогут участвовать в 4-м чтении.

По данным газеты The Independent, которую цитирует «Коммерсант», запланированные правительством изменения подразумевают значительное расширение полномочий членов нижней палаты, представляющих Англию: они смогут блокировать принятие законопроектов, касающихся их части Соединенного Королевства. Речь идет о вопросах здравоохранения, образования, правопорядка, сельского хозяйства, спорта, туризма и экономического развития.
Партнеры по правящей коалиции – консерваторы и либеральные демократы – дружно поддерживают предложенные реформы. Против выступают лейбористы. Сегодня они находятся в оппозиции, однако имеют все шансы на победу на парламентских выборах 2015 года. Соратники Эда Милибанда могут рассчитывать на большинство голосов в Шотландии и Уэльсе, однако по числу представителей Англии в парламенте следующего созыва, скорее всего, уступят оппонентам. Британские политологи опасаются возникновения ситуации, при которой «правительство Британии не сможет руководить Англией».
81% англичан сегодня считают, что шотландские парламентарии не должны вмешиваться в вопросы, касающиеся исключительно Англии. Англичане уже давно расходятся с остальными британцами по ряду принципиальных вопросов. В частности, согласно опросам, англичане – гораздо большие евроскептики, чем жители Шотландии или Уэльса. Кроме того, они более радикально настроены по отношению к мигрантам.
По следам шотландских сепаратистов: партия Уэльса будет добиваться референдума о независимости!
Неудавшееся отделение Шотландии совершенно не смутило националистов из Уэльса. “Независимость может стать реальностью уже через поколение” — заявила глава Партии Уэльса Линн Вуд, и продолжила готовить почву для этого.
Местные сепаратисты признают, что Уэльс не поспевает за шустрой Шотландией, однако процесс идёт. “То, что нужно Уэльсу, это гражданское движение и революция в демократическом обществе — всё то, что мы видели в Шотландии”, — цитирует лидера валлийского национального движения РИА Новости.
Линн Вуд возглавила Партию Уэльса в 2012 году, и сейчас вместе со своими соратниками активно готовится к участию во всеобщих выборах 2015 года, а затем — и к местным выборам 2016 года. Так, постепенно, будет создаваться почва для выхода валлийцев из состава Великобритании.

"Этот процесс будет осуществляться населением, а не политиками. На протяжении десятилетий независимость была для Уэльса несбыточной мечтой. Теперь же, благодаря примеру Шотландии, люди начинают верить, что в этот раз независимость уже близка", — считает Линн Вуд.

Напомним, что шотландский референдум, так вдохновивший жителей Уэльса, был проведён с массой нарушений и не соответствовал мировым стандартам, принятым для таких политических мероприятий.
По словам председателя совета Российского общественного института избирательного права Игоря Борисова, побывавшего на волеизъявлении шотландцев в Эдинбурге, “требования, которые предъявляются странами Запада к РФ в ходе выборов, на референдуме в Шотландии не соблюдались". Например, процесс подсчёта голосов избирателей нельзя было проконтролировать, а урны с заполненными бюллетенями “появлялись неизвестно откуда”.
Несмотря на провал шотландского отделения от Великобритании, пример потомков гордых горцев оказался заразительным и оптимизм Партии Уэльса — весомое тому доказательство.

В Уэльсе хотят выпускать собственные банкноты.
Валлийские националисты требуют внести некоторые коррективы в финансовую систему Великобритании. Они намерены настаивать на предоставлении Уэльсу права печатать собственные деньги. Их также не устраивает нынешнее название центрального банка, пишет Питер Спенс, экономический корреспондент, газеты The Telegraph.

Пока эти требования выдвинуты партией Plaid Cymru (Партия Уэльса) и озвучены ее спикером по вопросам финансов, членом британского парламента Джонатаном Эдвардсом. Однако подобные идеи со временем вполне могут овладеть широкими массами, если учитывать наличие сепаратистских настроений на «национальных окраинах» Соединенного Королевства.

Партия Plaid Cymru была основана 90 лет назад, но только в 1966 году ее кандидат смог пробиться в британский парламент. На данный момент у нее три мандата в нижней палате. Она также располагает 11 из 60 мест в Уэльской ассамблее и представлена одним депутатом в Европарламенте. В Палате общин Plaid Cymru состоит в коалиции с родственной по духу, но гораздо более мощной Шотландской национальной партией. Конечная политическая цель националистов — провозглашение государственной независимости Уэльса. Их влияние особенно сильно в сельских районах, где часть населения до сих пор говорит на валлийском языке.

По словам Джонатана Эдвардса, до сих пор валлийцы были лишены возможности чувствовать себя полноправной нацией в составе Великобритании. И выпуск местных банкнот поставил бы их в равное положение с другими нациями, которые уже имеют собственные бумажные деньги. «Если Шотландия и Северная Ирландия могут делать это, я не вижу причин, по которым Уэльс был бы неспособен делать то же самое»,— цитирует The Telegraph заявление политика.

Требование, исходящее от Plaid Cymru, пишет газета, предусматривает создание нового частного банка, который получил бы разрешение выпускать собственные банкноты для обращения в Уэльсе. В качестве альтернативного варианта предлагается наделить такими полномочиями Lloyds Banking Group, которой до сих пор принадлежат права на бренд Bank of Wales (Банк Уэльса).

Выпуск денег частными банками был повсеместной практикой в Британии в первой половине XIX века, напоминает The Telegraph. Этим вольностям положил конец Банковский акт 1844 года (Bank Charter Act 1844). В соответствии с ним, подобное право сохранялось только за теми кредитными учреждениями, которые к тому времени уже печатали свои деньги. Причем и они автоматически лишались этой привилегии в случае поглощения другим банком. Так, последние валлийские банкноты были изъяты из обращения в 1908 году, после того как North and South Wales Bank (Банк Северного и Южного Уэльса) был поглощен Midland Bank, входящим в наши дни в группу HSBC.

На данный момент только семь частных кредитных учреждений в Великобритании сохранили право на выпуск собственных денег. Три из них находятся в Шотландии, четыре — в Северной Ирландии. По закону банки, которые выпускают шотландские и североирландские фунты, должны иметь достаточные резервы, чтобы в случае необходимости выкупить из обращения все напечатанные ими деньги.

Между тем, как пишет The Telegraph, требования Plaid Cymru не ограничиваются возрождением валлийских банкнот. Одновременно Джонатан Эдвардс от имени своей партии настаивает на переименовании Банка Англии, поскольку тот определяет монетарную политику для всего Соединенного Королевства, а не для одной из его частей. Политик полагает, что лучше всего центральному банку подошло бы название Sterling Central Bank.

Кельтский союз: ползучий сепаратизм
В последнее время проходят секретные консультации между парламентариями двух законодательных собраний – в Уэльсе и Шотландии, вырабатывающими ответный ход в случае, если на референдуме большинство выскажется за восстановление полной «незалежности» и, соответственно, за отказ от членской карточки Евросоюза.

14 марта состоялось заседание специального комитета, можно сказать, чрезвычайного, занимающегося оценкой последствий выхода Британии из ЕС (Brexit consequences committee), где обсуждались полученные сведения о готовящемся «сговоре» уэльсцев и шотландцев. Политики с обеих сторон ведут переговоры о «двойной сецессии», то есть о синхронном выходе Уэльса и Шотландии из состава Соединенного Королевства, если референдум станет путевкой на выход из Евросоюза. Согласно опросам, в обеих частях федерации большинство жителей – еврооптимисты.

Редакция «Индепендент» запросила полные, а не вымаранные черным фломастером стенограммы этого заседания, сославшись на Закон о свободе информации, но в правительстве ей отказали. Тогда редакция заполучила часть материалов через своего информатора («whistle-blower»), который был вынужден затем скрываться, и в настоящее время, по утверждению газеты, скрывается где-то в Москве.

Вскрылись детали. Уэльс и Шотландия, объявив о выходе из состава королевства, намерены образовать «Кельтский союз», построить то ли мост, то ли туннель на остров Мэн, чтобы получить прямое сообщение друг с другом, в обход Англии.

Составлена и примерная смета расходов такой суверенизации: 7 миллиардов фунтов стерлингов. Но поскольку «кельты» одновременно объявят о страстном желании оставаться членами Евросоюза, то часть средств, как ожидают сепаратисты, будет получена из общего бюджета сообщества. Скорее всего, расчет делается на финансирование из Европейских структурных фондов и фондов сплочения, от которых окормлялись прежде одни только государства Центральной и Восточной Европы.

Собирается ли Стормонт, парламент Северной Ирландии, присоединиться к сепаратистам в Эдинбурге и Кардиффе? Один из участников дискуссии в правительственном комитете, видимо, допуская, что «парад суверенитетов» вполне вероятен, забежал вперед и поставил вопрос: не придется ли в таком случае менять и официальное название страны? Хотя там нет упоминания об Уэльсе и Шотландии, но есть знаковый эпитет «Великая» Британия. Как бы не пришлось удалять этот эпитет…

Британия трещит по швам: "сепары" на марше
Шотландия и Северная Ирландия (Ольстер) хотят оставаться в Евросоюзе. Это грозит серьезным усилением сепаратистских настроений в Европе…
Великобритания проголосовала за выход из Евросоюза. Решение интересное, последствий будет много, последствия будут разные, и похоже, что на мировой карте снова изменятся границы.

Отмена данного решения маловероятна. Перед референдумом газета The Independent сообщала, что в случае низкой явки или минимального отрыва при голосовании Палата общин может заблокировать решение. Однако перевес в два процента голосов вполне ощутим, а явка составила 72%. Так что предпосылок к отмене выхода Британии из ЕС нет, хотя большинство парламентариев склонялось к сохранению членства в Евросоюзе.

Интересна ситуация по регионам. Как сообщает Forbes, Англия в целом проголосовала за выход из ЕС — 52% за него. В Шотландии с большим перевесом победили сторонники жизни в ЕС — за это голосовали 62% избирателей. Аналогичная ситуация в Северной Ирландии — там оставаться в ЕС хотят 56% проголосовавших. В Уэльсе за Brexit проголосовали 53%.

То есть, выход поддержали, в первую очередь, Англия и Уэльс. Шотландия и Северная Ирландия (Ольстер) хотят оставаться в Евросоюзе. Это грозит серьезным усилением сепаратистских настроений в этих регионах, что уже отметили многие британские СМИ.

— Да, Шотландия скорее всего попытается сделать еще один референдум чтобы остаться в ЕС, а за ними и Северная Ирландия воссоединиться с Ирландией. Я кстати знаю ирландцев, которые голосовали за выход именно по этой причине, чтобы бы сделать прецедент и поднять волну. Многие североирландцы бросились сегодня подавать заявки на ирландские паспорта, — говорит Светлана, россиянка, последние годы живущая и работающая в Северной Ирландии.

Тем временем, ирландская националистическая партия «Шинн Фейн» уже заявила о том, что Северная Ирландия должна получить разрешение на проведение референдума об объединении с Ирландией.

«Сегодняшнее решение драматически меняет политический расклад на севере Ирландии, и мы активизируем наш давний призыв к проведению голосования», — цитирует BBC председателя «Шинн Фейн» Деклана Керни.
В случае объединения Ирландии с Северной Ирландией (пока что входящей в состав Великобритании) жители Ольстера имеют все шансы стать остаться жителями ЕС: Республика Ирландия является членом Евросоюза. Это накладывается на давние сепаратистские настроения Ольстера, в результате чего отделение становится более чем вероятным.
Похожая ситуация в Шотландии. В 2014 году там был проведен референдум за отделение от Великобритании. 55,3% голосовавших высказались против независимости. Одним из факторов, которые повлияли на сохранение границ Великобритании было то, что шотландцы хотели остаться в Европейском союзе (и продолжают хотеть, см. результаты нового референдума).

Тогда министр энергетики, предпринимательства и туризма в Шотландии Фергюс Эвинг утверждал, что независимая Шотландия останется в Европейском союзе, но как самостоятельный член. В свою очередь председатель Еврокомиссии Жозе Мануэль Баррозу прокомментировал ситуацию так: «В случае если появится новая страна, новое государство, вышедшее из состава одного из нынешних государств-членов ЕС, этой стране придется подавать новую заявку на членство. И конечно, будет крайне сложно, если не невозможно получить одобрение всех членов ЕС на вступление страны, отделившейся от другой страны-члена ЕС. Мы видели, что Испания противится даже, к примеру, признанию Косово. В некотором роде это похожий случай, поскольку речь идет о новом государстве, и я думаю, что будет крайне трудно, если не невозможно, новой стране, выделившейся из одной из наших стран, добиться признания от всех остальных».

Сейчас же ситуация кардинально изменилась: оставаясь с Британией, шотландцы теряют преимущества, которые им давал Евросоюз. И сейчас в стране намечается новый референдум. Первый министр Шотландии Никола Стерджен уже заявила, что Шотландия будет добиваться срочных переговоров с Брюсселем, чтобы защитить свое право на сохранение членства в Евросоюзе. По ее словам, ее кабинет готов начать работу над законодательными изменениями, которые позволят провести в Шотландии второй референдум о независимости от Великобритании.

«Второй референдум о независимости является тем вариантом, который должен обсуждаться в этих обстоятельствах. И он обсуждается», — цитирует ее ВВС.

Политическая позиция Шотландии выражена еще более ясно, чем позиция Ольстера: новый референдум, отделение от Великобритании, членство в Евросоюзе.

Все это указывает на то, что в ближайшем будущем карту мира ждет новый передел. Похоже, сепаратизм становится мировым трендом.
"Уходи и не возвращайся!": с кем Косовский прецендент может сыграть злую шутку? (Вместо эпилога)
Многое из того, что излагалось в отношении Южной Европы, равно применимо и к Северной. Здесь наблюдается большое разнообразие форм управления — унитарные государства (Швеция), федеративные (Германия, Нидерланды), федеративные с унитарным прошлым (Бельгия, Великобритания) и даже конфедерация (Швейцария). Соответственно, в каждом государстве свои проблемы, более или менее серьёзные, с национальными меньшинствами, которые помнят о былых притеснениях и борются за большую самостоятельность. Кроме того, государственные границы подвергались изменениям в 1870-1918 гг. и это породило несколько случаев, когда представители того или иного народа оказались за пределами своих титульных государств (немцы района Эйпен-Мальмеди в Бельгии, датчане Голштинии).

Швейцария
В Швейцарии сепаратистских конфликтов нет. Несмотря на трения между франкоязычными и немецкоязычными, ни разу не встал вопрос о чём-либо, кроме культурной автономии Романдии (франкоязычной Швейцарии).

Зато несколько десятилетий длился конфликт на социальной, религиозной и языковой основе в протестантском кантоне Берн. В 1979 г. северо-западная часть кантона отделилась и возник новый католический кантон Юра. Однако борьба продолжается, потому что католиков граница между кантонами не устроила. Несмотря на то, что все участники конфликта были лояльны по отношению к Швейцарской Конфедерации, налицо факт пересмотра границ.

Австрия
В Австрии единственное меньшинство, заявляющее о себе — словенцы, живущие на юго-востоке Каринтии. Их партия, «Энотна Листа», принимает участие в Свободном Европейском альянсе. Однако процент словенского населения в Каринтии слишком незначителен, чтобы они играли какую-либо заметную роль.

Германия
Германия, несмотря на своё трудное прошлое, достаточно монолитная страна. Единственный регион, в котором есть заметное сепаратистское движение — Бавария, самая богатая земля Германии. Однако Баварская партия не избиралась в парламент с 1962 г.

Алеманнский сепаратизм был заметным движением после Второй мировой войны. Речь шла об отделении от Германии алеманнов — части населения Бадена, Вюртемберга и соседних земель, и, возможно, объединении их с братьями по языку — немецкоязычной Швейцарией и австрийской областью Форарльберг. Однако в настоящее время от алеманнского движения осталась лишь культурная составляющая.

Дания
Дания претендует на город Фленсбург, находящийся на территории Германии, но населённый датчанами. Это остаток тех земель Шлезвига, которые были завоёваны Бисмарком и частично возвращены Дании после Первой мировой войны. После вступления обоих государств в Евросоюз и Шенгенское пространство конфликт поутих, но остаётся актуальным.

Нидерланды
Единственное региональное движение в Нидерландах — на территории провинции Фрисландия. Однако речь идёт лишь о культурной автономии. Недавно фризы были признаны национальным меньшинством и в Германии — в области Дитмарш, где, как и в Фрисландии, до сих пор многие владеют фризским языком.

Скандинавия
На территории Скандинавских стран два заметных сепаратистских региона. Это Фарерские и Аландские острова.

В отличие от Исландии, Фарерские острова не сумели добиться независимости от Дании. Хотя на референдуме 1946 г. большинство фарерцев высказалось за независимость, датский король наложил своё вето, сославшись на то, что в референдуме участвовало лишь 2/3 населения островов. Тем не менее, фарерцам удалось добиться признания своего языка и своего флага.

Фарерские острова отказались вступать в Европейский Союз, избежав, таким образом, квот на рыбную ловлю. В настоящее время доля сторонников независимости среди фарерцев — около половины населения. Остальные тоже не являются датскими патриотами, просто фарерская экономика, всецело зависящая от рыбной ловли, менее надёжна, чем датская. Любые моряки, приплывающие на Фарерские острова, знают, что надо избегать датских флагов и лучше говорить на английском языке, чем на датском.

Аландские острова — территория Финляндии, населённая преимущественно шведами. У них широкая автономия, собственные почтовые марки и полиция. Популярность сепаратистской партии «Будущее Аландских островов» понемногу растёт — на последних выборах они получили 8% голосов.

Вопрос о независимости не стоит для Гренландии, которую вполне устраивает предоставленная ей широкая автономия (она также не состоит в Европейском союзе).

Скания. включающая в себя Халланд, Блекинге и Сконе, три провинции Южной Швеции, вплоть до XVII в. остававшиеся под датской властью, а также датский остров Борнхольм. Борется за восстановление региональной культурной идентичности.

Другое движение — этническое. Речь идёт о саамах, населяющих северные области Норвегии, Швеции, Финляндии и России. В 80-е гг. были созданы национальный флаг и гимн народа саамов, а в 1989 г. в Норвегии появился первый саамский парламент.

Вместе с тем на настоящий момент возможности саамов сильно ограничены просто в силу крайней их малочисленности.

Прибалтика
Основная проблема прибалтийских стран — русское и русскоязычное население. Власти всячески его пытаются ущемлять, однако как огня боятся повторения Крымского сценария на своей территории. Для этого они заручаются поддержкой НАТО, но не думают отказываться, к примеру, от политики дискриминации, или хотя бы перестать на официальном уровне поддерживать нацизм, вызывая тем самым неприятие у русскоязычного населения.
А задуматься властям Прибалтийских стран есть над чем. В Латгалии (Латвия) русские составляют 39% от общего населения. Если сюда добавить преимущественно русскоязычных белорусов и поляков, то доля населения, подвергающегося языковой дискриминации, будет составлять более половины.
В уезде Ида-Вирумаа (Эстония) 72,8 % населения — русские. В крупнейшем городе — Нарве — русских более 82%. Эстонцев в Нарве менее 4%, в уезде — менее 20%. Однако здесь, как и во всей Эстонии, единственный официальный язык — эстонский.

Франция
Массовая демонстрация сторонников автономии французского региона Бретань прошла в городе Нант в апреле 2014 года. По оценкам организаторов, митинг собрал до 15 тыс. человек. Сепаратизм в регионе процветает с середины XX века, когда был основан “Фронт освобождения Бретани” (FLB). В 1971 году появилась так называемая Революционная армия Бретани, выступавшая за полную независимость региона. Как и все подобные сепаратистские организации того времени, бретонские радикалы пытались добиться целей при помощи силовых методов, традиционных для ИРА и ЭТА. Сейчас радикальная деятельность бретонских сепаратистов сведена к нулю.
Несмотря на то, что по французскому законодательству все граждане Франции являются французами, жители Территориальной общности Корсика предпочитают себя идентифицировать как “корсиканский народ”. Исторически корсиканцы борются в той или иной степени за свою независимость уже более 300 лет, однако сепаратистские настроения на острове впервые приобрели характер организованных после Первой мировой войны. В 1979 году был образован радикальный «Фронт национального освобождения Корсики» (FLNC), главным требованием которого было расширение автономии острова и особый статус Корсики. Организация является террористической и взяла на себя ответственность за ряд крупных терактов во Франции, жертвами которых стали сотни человек.
В 2014 году «Фронт национального освобождения Корсики» объявил о своем решении прекратить вооруженную борьбу и перенести все свои усилия в политическое русло. В 2003 году на Корсике прошел референдум, на котором более 57% местных жителей проголосовали против предложенной Парижем административной реформы, снижающей автономность острова. Однако вопрос об отделении от Франции на всеобщий референдум так и не выносился. По опросам 2014 года, за выход из состава Франции выступает не более 15% корсиканцев.

Испания
Знаменитая картина Пикассо “Герника” посвящена трагедии баскского народа. Одноименный город, в котором было объявлено о создании баскского государства, был почти полностью разрушен в результате бомбардировки немецкой Люфтваффе во время гражданской войны в Испании.

Страна Басков — регион на севере Испании и юге Франции. Баски традиционно разделяют его на две части — Iparralde («Северная страна» во Франции) и Hegoalde («Южная страна» в Испании). С XIII века баски обладали особыми, схожими с каталонцами, правами в испанском королевстве. Однако в XIX веке в Испании стали доминировать центростремительные тенденции, что вылилось в сужении прав басков. Баски смогли получить независимость в октябре 1936 года, однако спустя полгода она была ликвидирована режимом Франко.

Стремление получить независимость вылилось в образование в 1959 году леворадикальной сепаратистской организации басков ЭТА, которая вплоть до 2011 года использовала не только политические, но и террористические методы борьбы за независимость. В 2011 году ЭТА заявила об отказе от вооруженной борьбы, а ее менее радикальные последователи основали коалицию “Амайур”, которая успешно взяла на выборах полтора десятка мест в парламенте Испании и продолжает выступать за независимость региона.
Еще одним проблемным регионом в Испании является Каталония, где сепаратистские настроения традиционно высоки. Каталонцы в разговорах о независимости упирают на историю (регион по длительности был больше независимым, чем входил в состав единой Испании), культурные различия (каталанский язык сильно отличается от испанского) и, наконец, экономику (по мнению местных жителей, именно за счет Каталонии кормятся отсталые области страны).

Каталония обладает автономным статусом в составе Испании, который впервые она получила в 1979 году, а в 2006 году он был расширен — в сторону большей финансовой самостоятельности региона. Подробно о том, почему каталонцы выступают за отделение от Испании, Ruposters уже писал.
По итогам последних парламентских выборов в Каталонии, состоявшихся 28 сентября 2015 года, абсолютное большинство получили сторонники отделения региона от Испании — коалиция Junts per Si («Вместе за независимость»).
Босния
Республика Сербская вошла в состав Боснии и Герцеговины в 1995 году под давлением ООН и НАТО после завершения кровопролитной Боснийской войны, но боснийские сербы, проживающие в этой автономии, по сей день стремятся к полной независимости от Сараево.

В 2013 году президент Республики Сербской Милорад Додик выразил уверенность в том, что республика боснийских сербов однажды соберется с силами и на референдуме проголосует за свою независимость от Боснии и Герцеговины.

В июне 2015 года депутаты Республики Сербской приняли решение о проведении всенародного референдума об уменьшении полномочий Высокого представителя, и непризнании законов о суде и прокуратуре Боснии и Герцеговины, что по сути является референдумом о независимости.

Румыния
Пока Румыния старается интегрировать в свой состав Молдавию, местные венгры ратуют за максимальную автономию от Бухареста. Всего венгров в стране 6,5% от общего числа населения. Но, к примеру, в Трансильвании — почти 20%. И их число с годами растёт. В жудце Харгита венгры составляют 85% от всего населения, в Ковасне — 74%. Но к счастью для румын венгры пока дальше автономии идти не собираются.
Однако проблемы для Румынии венграми не ограничиваются. Сейчас она является унитарным государством, хотя и состоит из трёх исторических регионов — Трансильвании, Валахии и Молдовы. В последней автономистских и тем более сепаратистских стремлений пока не наблюдается. Однако после возможного воссоединения с Молдавией (Бессарабией) панмолдавские настроения, которые сейчас активно развиваются в регионе, могут сыграть злую шутку для территориальной целостности Румынии.
Говоря, о возможном воссоединении Молдавии и Румынии будет неправильно не упомянуть Приднестровскую Молдавскую Республику, население которой в подавляющем большинстве интегрироваться с Румынией не желает и стремиться стать частью России. Хотя фактически ПМР уже является независимым государством, поэтому Румынско-Молдавские отношения напрямую отразиться не республике не должны.  

Италия
По соседству с Корсикой расположен остров Сардиния, входящий в состав Италии. Остров обладает расширенной автономией как в административной, так и в налоговой сферах, однако сепаратистские настроения присутствуют и здесь. Проведённый в 2012 году опрос показал, что 40% жителей Сардинии проголосовали бы за отделение от Италии и готовы требовать референдума. Кроме того, на острове набирает силу группа активистов, выступающих за перепродажу острова Швейцарии в качестве “морского кантона”. В 2014 году итальянские СМИ распространили информацию о готовности провести на острове интернет-референдум об отделении от Италии.Провинция Венето со столицей в Венеции находится в составе Италии с 1866 года. В 2014 году в регионе был проведен общенародный интернет-референдум, на котором почти 90% проголосовавших венецианцев (явка 63%) поддержали отделение от Италии. Основная причина — тяжелое налоговое бремя со стороны Рима, который за счет северных регионов старается компенсировать последствия затяжного экономического кризиса и поддерживать южные регионы. Несмотря на то что проведенное голосование не имело юридической силы, партия "Независимость Венето" заявила, что будет добиваться права на проведение настоящего референдума о создании независимого государства, в которое помимо Венеции войдут также такие города как Верона, Падуя и Виченца.

В 1972 году эта богатая германоязычная территория на севере Италии получила статус автономии с правом решать большинство административных вопросов на региональном уровне. С 2001 года в Южном Тироле действует собственный парламент и президент. В 2008 году жители 130 населенных пунктов Больцано ходатайствовали о вхождении в Австрию.
По последним опросам, более 50% германоязычного населения территории считает Италию страной-оккупантом, а также выражает свое недовольство постоянным повышением налогов. Сразу несколько правых политических партий выступают за независимость Южного Тироля, в том числе Европейский свободный альянс.

Бельгия
На сегодняшний момент ни в одной стране Европы нет такой тяжёлой ситуации в плане сепаратизма, как в Бельгии. Большинство бельгийцев считает весьма вероятным распад страны на Фландрию и франкоязычную Валлонию.

Это обусловлено в первую очередь сложной историей Бельгии.

Когда в 1830 г. Бельгия получила независимость от Нидерландов, всё нидерландское было подвергнуто репрессиям. При этом руководители государства не приняли во внимание тот факт, что половина населения, а именно фламандцы, говорила на варианте нидерландского языка. На сотню лет французский язык стал единственным государственным языком Бельгии. Франкоязычное население заняло господствующие позиции как в политике, так и в экономике — Южная Бельгия с её залежами железной руды стала самым индустриально развитым районом в Европе. В результате к концу XIX в. этническое противостояние дополнилось социально-политическим: если в рабочей Валлонии на выборах побеждали социалисты, то патриархальная Фландрия всегда проявляла свой консерватизм. Самое интересное, что такое разделение сохранилось и по сей день.

Накопленные взаимные обиды, усугубившиеся массовым коллаборационизмом фламандцев во Вторую мировую войну — всё это привело к тому, что вопрос о целостности Бельгии был поднят уже в 40-е годы.

Тогда именно консерватизм фламандцев позволил Бельгии сохранить короля — главного гаранта бельгийского единства. Нидерландский язык был уравнен в статусе с французским.

Однако вскоре политическая и экономическая ситуация сильно изменилась. Важность тяжёлой промышленности упала, и бельгийская экономика в большой степени переориентировалась на транзит, что привело к отставанию Южной Бельгии и процветанию портов, находящихся на территории Фландрии. В настоящее время Фландрия значительно богаче, чем Валлония, и одним из главных аргументов сепаратистов (наряду с памятью о притеснениях со стороны франкоязычных) служит нежелание кормить «валлонских дармоедов». В то время как в Валлонии всего 12% высказывается за разделение Бельгии, во Фландрии сторонников независимости около 40%. Существует целый ряд партий, выступающих за независимость Фландрии.

Все эти партии — правого или крайне правого толка. Одна из самых влиятельных партий — «Флаамсе Беланг», крайне правая партия, призывающая к независимости Фландрии и создании федерации с Нидерландами и Французской Фландрией. Другие цели, которые она перед собой ставит — полная и безусловная амнистия всем, кого обвиняли в сотрудничестве с Гитлером, ограничение иммиграции, лишение французского языка особого статуса и целый пакет законопроектов, либеральных в экономике и консервативных в социальной жизни (например, запрет на аборты).

В Валлонии, в свою очередь, существует партия, выступающая за отделение от Бельгии и присоединение к Франции. Но число её сторонников невелико.

Наверное, основные факторы, которые сдерживают Бельгию от распада — это король и Брюссель. Короля называют «единственным бельгийцем в стране валлонов и фламандцев», а франкоязычный Брюссель находится на фламандской территории. Совершенно непонятно, что делать с Брюсселем в случае распада Бельгии — скорее всего, столица Европы в этом случае превратится в валлонский анклав или станет «вольным городом».

На фоне валлонско-фламандских противоречий обычно забывают про наличие в Бельгии ещё одной национальной группы, а именно немецкоязычных бельгийцев.
После Второй мировой войны Бельгия была фактически федерализована и разделена на три автономных региона — Фландрию, Валлонию и Брюссель. Фландрия состоит из пяти провинций и является самой северной частью Бельгии, а также самым экономически мощным регионом страны. В регионе преобладают говорящие на нидерландском языке (почти 5 млн человек), более половины ВВП Бельгии формируется в этом субъекте, так как здесь развита легкая промышленность. Фламандский сепаратизм носит экономический и языковой характер — жители Фландрии отказываются субсидировать Валлонию (франкоговорящий регион), а также категорически против экспансии французского языка на север страны.

Двигателем сепаратистских настроений в Бельгии являются фламандские националисты и консерваторы — партии “Новофламандский альянс” (НФА) и “Фламандский интерес” имеют уже около 30% голосов в Палате представителей Бельгии и 1 место в Европарламенте. 2010-й год в Бельгии прошел под знаком затяжного политического кризиса, после того как по итогам выборов большинство в парламенте получил НФА, выступающий за отделение Фландрии.Великобритания
В последнее десятилетие неожиданно обострились проблемы сепаратизма в Великобритании.

В течение многих веков англосаксы доминировали на Британских островах, всячески подчиняя и подавляя кельтов. В настоящее время идёт мощное возрождение кельтской культуры — одной из самых популярных среди современной молодёжи. За единство кельтского мира борется Кельтская лига, объединяющая «шесть наций» — Ирландию, Шотландию, Уэльс, Бретань, Корнуолл и остров Мэн. Её цель — развитие кельтских языков, налаживание сотрудничества кельтских народов и борьба за их политическое, культурное, социальное и экономическое освобождение.

В число приоритетов Кельтской лиги входят объединение Ирландии, возвращение Бретани департамента Луар-Атлантик и независимость Шотландии. Задействованы также кельтские диаспоры в Канаде, Патагонии и Австралии.

Кельтский мир выглядит столь привлекательно, что, как я уже замечал, Галисия и Падания также стремятся найти связь с кельтами.

Великобритания оказалась в тяжёлом положении, потому что все сепаратистские движения на её территории — кельтские (панкельтицизм).

Последние годы большой размах приобретает автономистское движение в Корнуолле, где кельтское население, так до конца и не ассимилированное, начинает возрождение своей культуры и языка. В 2001 г. 7% населения Корнуолла определили себя не британцами, а корнуоллцами. О независимости Корнуолла речи не идёт, но местное население требует признания себя пятым коренным народом Британских островов и собственного Законодательного собрания. Существуют отдельные террористические группы, которые угрожают всему «английскому», но пока ещё не привели свои угрозы в действие.

Сепаратистское движение существует и на острове Мэн, который не состоит в Евросоюзе и добился того, что для въезда на остров нужна отдельная виза. Есть сепаратисты и на острове Уайт, оспаривающие конституционность продажи острова английскому королю в 1293 г. Впрочем, их популярность минимальна.

На сегодняшний день гораздо более серьёзной выглядит ситуация в Шотландии.
Идея независимости Шотландии продвигается достаточно давно и упорно, однако исключительно мирными и политическими способами. По многочисленным опросам населения, за выход Шотландии из состава Великобритании высказались от 32 % до 38 % граждан. Основные причины для независимости у шотландцев: желание самим контролировать месторождения нефти в своей береговой зоне и несогласие с позицией Британии по некоторым военным вопросам, в т.ч. членством в НАТО.

За отделение выступают сразу несколько крупных политических организаций страны — Шотландская Национальная партия, Шотландская партия зелёных, Шотландская социалистическая партия и Солидарность — Шотландское социалистическое движение.

Сепаратистская Шотландская национальная партия набрала на выборах в шотландский парламент 37% голосов, что показывает, насколько популярна в обществе идеи независимости. Движение «Independence First» требует проведения референдума и создания независимого шотландского государства. Свою роль играет и наличие нефтяного шельфа в Северном море рядом с берегами Шотландии.

Противники же отделения подчёркивают роль, которую сыграли шотландцы в становлении Британской империи и Содружества и влияние, которое шотландцы могут сейчас иметь на мировые дела, участвуя в управлении великой державой.
Ближе всего к независимости Шотландия находилась 18 сентября 2014 года, когда состоялся референдум, на котором жителям Шотландии было предложено ответить на один вопрос: “Должна ли Шотландия стать независимой страной?” В итоге “за” проголосовало почти 45%, чего, однако, не хватило для того, чтобы запустить процесс по выходу из состава Объединенного Королевства — требовалось заручиться поддержкой более 50% жителей. Тем не менее это не остановило сторонников независимости среди действующих и бывших политиков, которые заявили о перспективах проведения повторного плебесцита.

Самое давнее и самое известное из них — ольстерское. В 1921 г., когда Ирландия получила независимость, шесть из девяти графств Ольстера остались под властью англичан. Постепенно Ольстер разбился на два непримиримых лагеря — националистов-католиков и унионистов («оранжистов») — протестантов, которые в конечном итоге превратились в две замкнутые и враждебные друг другу общины. В 60-е — 90-е гг. Временная Ирландская Республиканская армия вела террористические действия с целью добиться независимости. В результате погибло около 4 тыс. человек. Соглашение о прекращении огня было достигнуто в 1997 г. По достигнутому тогда же компромиссу, ольстерцы могут выбрать британское или ирландское гражданство. В 1998 г. Северная Ирландия получила своё Законодательное собрание. Тем не менее, регион далёк от спокойствия и многие продолжают выступать за отделение от Великобритании и присоединение к Ирландии. Впрочем, в последние два десятилетия появился ряд движений, выступающих за полную независимость Ольстера, «третий путь» для него.
Сепаратизм в Северной Ирландии является отголоском затяжного этнополитического конфликта между британскими властями и ирландскими национал-республиканцами, началом которого принято считать Пасхальное восстание в Дублине 1916 года, когда была провозглашена Ирландская республика. В течение нескольких десятилетий конфликты между британцами и ирландскими националистами Ольстера носили локальный характер, пока в 1972 году Ирландская республиканская армия (ИРА) не осуществила серию взрывов в Белфасте. Череда террористических актов ИРА продолжалась вплоть до 2000 года и вынудила британские власти пойти на уступки.

В 1998 году, в целях прекращения кровопролития и терроризма, между британским и ирландским правительством было подписано Белфастское соглашение, восстановившее Ассамблею Северной Ирландии, за которое на референдуме проголосовал 71% жителей региона. Сейчас Ассамблея имеет широкие законодательные и административные полномочия.

12 апреля 2010 г. Северная Ирландия окончательно получила автономную власть: собственную полицейскую службу и судебную систему, что в будущем, по мнению лидеров ирландских сепаратистских движений, поможет обрести Северной Ирландии полную независимость от Великобритании.

В Уэльсе идея независимости пока привлекает не более 12% электората, но эта доля постепенно растёт.

В 50-е — 60-е гг. в Уэльсе существовало даже несколько террористических организаций, взрывавших водопроводы и линии электропередач. Сейчас уэльское движение остаётся в конституционных рамках.
Борьба за независимость Уэльса началась в середине XX века, когда британские власти принялись за активную децентрализацию власти в этом регионе. В 1978 году, при активном содействии либералов и лейбористов Уэльса, был утвержден акт о ликвидации парламента Уэльса, что заставило валлийские националистические и левоцентристские политические организации выступить за независимость Уэльса.
В начале 80-х годов леворадикальная группировка «Валлийская армия за рабочую республику» устроила несколько взрывов против военных объектов, правительственных зданий, офисов консервативной партии, а также поджогов домов британцев. В целом радикальная деятельность сепаратистов в Уэльсе не такая активная, как в других странах Европы, большинство сепаратистов предпочитают добиваться независимости политическими методами.

В 1997 году на общеваллийском референдуме было принято решение о возрождении парламента Уэльса, получившего право вносить изменения в британские законодательные акты. В течение нескольких последующих лет Уэльс добился еще большей автономии и признания валлийского языка в качестве второго государственного.

В 2013 году премьер-министр Уэльса Карвин Джонс официально заявил о стремлении Княжества Уэльс получить независимое полицейское управление и правосудие к 2021 году в качестве поправок к Конституции, что, безусловно, являет еще одним шагом к полной независимости страны от Великобритании.
Наверное, самое удивительное в нынешней Великобритании сепаратистское движение — это движение за независимость Англии от Соединённого королевства. Оно получило толчок после 1998 г., когда Шотландия, Северная Ирландия и Уэльс получили свои Законодательные собрания. Англичане чувствуют себя несправедливо обойдёнными — и это подпитывает желание избавиться от соседей, которые свои внутренние решения принимают сами, а на решения общебританского парламента могут повлиять.

***
Возвращаясь к теме валлийского сепаратизма: если народ Уэльса все же решится провозгласить независимость, это вне всякого сомнения будет для них плюсом. Думаю, что Валлийская Республика стала бы не менее привлекательным партнером после того, как Соединенное Королевство прекратит свое существование. Во всяком случае Ольстер и Шотландия в скором времени попрощаются с Лондоном навсегда, и здесь трудно не согласится с британскиими авторами фильма о кельтах в том, что Великобритания (Соединенное Королевство) в скором времени распадется. На Севере Европы лишь два государства в скором времени обязательно распадутся: это Великобритания и Бельгия. Так что будем надеяться и ждать перемен!

Использованные источники: ruposters.ru, apn.ru, redstar.ru, bankir.ru, novosti-n.org, news-front.info, alleuropalux.org, conflictologist.org, srpska.ru
 

Похожие статьи:

СпортGreen-White Army and Cymru's Dragons

Языкознание"Чьим будешь?" Гэльские лингвистические мистерии и два языка Шотландии

СпортЕвроповстанцы и большая апельсиновая лужа

ЯзыкознаниеCymraeg. Глас Дракона

События"Х** вам!" И даже - 3!

Рейтинг
последние 5

Magyar Szabad

рейтинг

+1

просмотров

4270

комментариев

0
закладки

Комментарии