Четвероногие герои

Четвероногие герои

Собаки прошли Великую Отечественную бок о бок с советскими солдатами. Каждый из вышколенных псов, доживших до Парада Победы, шел на нем слева от проводника, сохраняя ровный шаг. Но один из самых ярких собачьих героев, Джульбарс, не мог идти сам: незадолго до победы легендарного пса ранили. Рокоссовский доложил об этом Сталину, а тот распорядился: "Пусть эту собаку пронесут на руках по Красной площади на моём кителе…". Александр Мазовер, командир 37-го отдельного батальона разминирования, пронес Джульбарса мимо трибуны с Верховным Главнокомандующим на руках. Пес все это время смирно лежал на поношенном кителе без погон, принадлежавшем Иосифу Виссарионовичу.

 

 

В 20-е годы прошлого века Красная армия не могла похвастать специалистами-кинологами, но без собак обойтись было трудно. А потому с ними работали оперативники, охотники, и даже дрессировщики. Немного позднее к команде людей, работающих с собаками, присоединились ученые-биологи. Собак натаскивали для работы с ранеными, для разведки, связи и охраны. В 1935 году на вооружение были приняты собаки-истребители танков (это официальное советское название), получившие боевое крещение в боях на Халхин-Голе. Но “звездный час” боевых псов настал во время Великой Отечественной.

Взять хотя бы Рекса. Этот пес за время своей службы доставил 1649 донесений. За день трижды переплыл Днепр! Подобные ему собаки-связисты знакомы вам по кадрам хроники: таких одевали в белые маскхалаты. Однако чаще они работали ночью — чтобы не засек снайпер.

Сижу на лавочке в парке и беседую с приятелем, пенсионером, милицейским полковником Петром Борисовичем Андрюшиным. Он и говорит: “А меня, между прочим, собачки из воронки вывезли. Ездовой только строгий больно попался. “Молчи, говорит, молчи!” — “Где-где, — спрашиваю, — под Новым Селом?”, и что-то у меня начинает вырисовываться. Раненых там, в 43-м, было много, а немцев вокруг — еще больше. Везу одного бойца, он не стонет — орет… Умоляю: “Молчи, брат, молчи — фрицы рядом. Услышат — накроют нас с тобой обоих”. Он снова орать — больно же ему. Спрашиваю: “Петр Борисович, что еще помнишь, кроме «молчи-молчи?” — “Ты молчи, а Бобик нас вывезет”. Ну, подумай! Обнялись, конечно.

Лайки Дмитрия Торохова, чьи воспоминания я привела выше, за годы войны вывезли более полутора тысяч раненых. Упряжка состояла из четырех собак, которые периодически менялись на новых: под обстрелами лайки гибли, и только Бобик, любимый коренник Торохова, прошел до самой Победы. Под Оршей их с Дмитрием даже ранило одной пулей: у мужчины пострадала кисть руки, у Бобика — лапа. В итоге обоих перевязали, и отправили дальше воевать. И до исторической даты, если Торохов получал ранение, то редко выдерживал положенный срок в госпитале — сбегал к кореннику, а то как он там без него управляться будет?

Присутствие боевой собаки в группе увеличивало шансы выполнения поставленной задачи до 80%. Что бы ни требовалось: коридор проложить на минном поле, обезопасив тем самым проход своих солдат, найти засаду, снайперское “гнездо”, даже “языка” взять — все было под силу четвероногим воинам. И отношение к ним было соответствующее: чего стоит только выдержка из архивов: “На утреннем моционе собаки выгуливались вяло и имели печальный вид. Курсанты при этом не пытались их развеселить. Командиру подразделения объявляется наряд вне очереди”.

Но, с каким бы почетом ни относились красноармейцы к своим питомцам и соратникам, никто из последних не мог затмить Джульбарса.

С сентября 1944-го по август 1945 года, принимая участие в разминировании на территории Румынии, Чехословакии, Венгрии и Австрии, служебная собака по кличке Джульбарс обнаружила 7468 мин и более 150 снарядов.

Минно-розыскная служба могла по праву гордиться таким выпускником. Кто бы мог подумать, что в свое время легендарный пес был настоящим заморышем, на которого и посмотреть страшно было. Когда Дина Волкац взяла его к себе в напарники, ее командир только усмехнулся: “Хуже собаки найти не удалось? Разрешите узнать, по каким же признакам вы ее выбрали?”, на что Дина ответила:“По глазам”. Как оказалось впоследствии, глаза ее не подвели.

— Девушка. Молоденькая.

— Воюет с первых дней.

— Пса привезла, своего.

— Зовут комвзвода Дина, ребята!..

Дина Волкац родилась в Полтаве. В Харькове получила свою военную специальность: девушка стала инструктором по служебному собаководству, и в Харькове же сдала экзамены сразу за второй курс театрального училища. Светлана Гладыш написала книгу-биографию Волкац, которая так и называется: “Гражданская специальность — актриса”. Но, видимо, талант Волкац был не на театральных подмостках, и проявился в годы войны, когда Дина в июле 41-го уволилась из театра и отправилась служить. Отправной точкой для девушки стал 9-й армейский отряд в Малиновке. Фронтовая жизнь продолжилась в отряде противотанковых собак, параллельно Дина повышала свою квалификацию в Центральной школе военного собаководства “Красная Звезда”. Там же она познакомилась с Джульбарсом, и вместе с ним по окончании учебы отправилась на Калининский фронт, где стала командиром отдельного взвода дрессировщиков-минеров 37-го отдельного батальона разминирования, и вышла замуж за Александра Мазовера — того самого, на чьих руках “путешествовал” Джульбарс на Параде Победы. Единственная женщина, за годы Великой Отечественной получившая командирскую должность в этой службе! Что и говорить — у каждого уникального пса должен быть свой незаурядный инструктор. Хотя правильнее будет называть Дину и Джульбарса напарниками.

В марте 43-го, перед отправкой на Калининский фронт, Волкац и ее четвероногого спутника отправили на один из аэродромов: его уже разминировали, но, видимо, недостаточно: подорвался бензозаправщик. Задача проста и ясна, осталась сущая мелочь — обнаружить взрывчатку.

Любая собака из минно-розыскной службы приучена распознавать запах мины в любой упаковке. В процессе дрессировки пес дает знать о находке инструктору, а тот, обезвредив взрывчатку, дает собаке лакомство (перед “работой” четвероногого сапера не кормят, и считается, что после 7-9 обнаруженных “кладок” нужно менять собаку на голодную). Среднестатистический пес способен найти мину в радиусе 20-30 метров на земле, и 70-90 см под землей: все зависит от прочности и плотности упаковки, а также величины заряда. Но это средний пес. Не Джульбарс. Соратник Волкац превышал этот норматив в два и более раза.


Так и тогда, на аэродроме. Его исследовали люди, и в этом была главная ошибка: как оказалось, мины были заложены на глубину примерно 30 см, и упакованы в массивные деревянные ящики, которые защищали их от обнаружения обычным металлоискателем, которым пользовались саперы. Дело в том, что металлоискатель способен улавливать только металл, а мина была надежно скрыта деревом от его щупа. Но только не от носа Джульбарса! За неделю напарники заново прошерстили все летное поле, и оставили там табличку с надписью “Проверено. Мин нет”, на которой красовались собачьи уши. Значит, работала собака — значит, путь безопасен.

За свою службу Джульбарс был награжден медалью “За боевые заслуги”. Он единственный пес, которому за время войны была оказана такая честь.

Ввиду массированного применения неприятелем танков, важной частью противотанковой обороны являются собаки. Противник страшится псов-истребителей и даже намеренно охотится за ними.

Выдержка из донесения генерала Дмитрия Лелюшенко

Что представляла собой собака-истребитель танков? В процессе дрессировки она часто оставалась голодной: ее не кормили несколько дней, и натаскивали так, что собака искала еду под днищем танка. Дальше дело техники: на спину крепился макет взрывного устройства, и голодное животное приучалось нырять под танк уже с ним, а впоследствии — и под машину с работающим двигателем, и под движущийся танк, причем обязательно сзади. Дело в том, что немцы действительно очень боялись собак-подрывников: малая движущаяся мишень не позволяла прицелиться из пулемета, к тому же собак приучили обходить машину с той стороны, где пулеметчик никак не мог до них добраться. Когда пес попадал под днище танка, срабатывал датчик цели, в качестве которого использовался 20-сантиметровый деревянный штырь, и взрывное устройство, с которого предохранитель снимали еще в расположении части, пробивало относительно тонкое днище. Собака при этом погибала. Был издан приказ, согласно которому немцы должны были отстреливать всех собак, показавшихся в поле зрения, и даже летчикам истребителей “люфтваффе” предписывалось охотиться на них с воздуха. Но все же за время использования собак-истребителей танков им удалось уничтожить более 300 боевых машин противника. Со временем немцы начали использовать огнемет, оказавшийся весьма действенным средством против таких псов, но и советское руководство приняло решение убрать этих собак из состава армии: слишком часто они возвращались в расположение отечественных войск, неся с собой смерть (однако дрессировка противотанковых псов продолжалась до июня 1996 года). К каждой части, использующей таких подрывников, прикомандировывался снайпер, чтобы “снять” собаку до того, как она вернется в часть со взрывчаткой на спине. И каждый раз верные псы, исполнившие свою боевую задачу, гибли вместе с танком. И не только танки: собак использовали и в различного рода диверсиях. Четвероногие камикадзе подрывали мосты, дороги и прочие объекты, пробирались в тыл.  

Единственным человеком, воспитавшим собаку-диверсанта, сумевшую выполнить свою задачу и вернуться невредимой к своим, стала Дина Волкац. Впрочем, и собака — овчарка Дина — тоже была единственной, кому это удалось.

19 августа 1943 года на перегоне Полоцк – Дрисса подорван эшелон с живой силой противника. Уничтожены 10 вагонов, выведен из строя большой участок железной дороги, от взорвавшихся цистерн с горючим на всем участке распространился пожар. С нашей стороны потерь нет.

Овчарка-диверсант выскочила на пути перед немецким эшелоном, скинула на рельсы вьюк со взрывчаткой, выдернула чеку и пустилась наутек. К моменту взрыва Дина была уже рядом с Волкац. За подготовку этой уникальной операции Дине Волкац вручили орден Красной Звезды. Исполнить подобное может только одна собака из тысячи, и то — при условии наличия такого талантливого тренера, как Волкац.

Инструкторы получали награды, а их подопечные тихо уходили в тень. Правда, не все: в некоторых странах, например, в Великобритании, с 1943 года вручается специальная медаль для животных. На апрель 2015 года бронзовым диском с оттиском лавровых ветвей и надписями “За храбрость” и “Мы тоже служим” обзавелись 32 голубя, 26 собак, 5 лошадей и один кот. Последнего звали Саймон: он служил на корабле “Аметист”, и в течение 100 дней, которые судно пробыло в плену революционного Китая, раненый шрапнелью мышелов “поднимал дух военнослужащих и исполнял свои обязанности, ловя корабельных крыс”. Собачья же награда впервые досталась спаниелю Робу: он 20 раз прыгнул с парашютом, сопровождая десант во вражеский тыл. Правда, после войны он снова стал обычным сельским псом. Выходит, что наш Джульбарс обошел всех: и уникальная в животном мире медаль, и участие в Параде Победы, и даже съемки в фильме: именно Джульбарса избрали для главной роли в кинофильме “Белый Клык”, снятом в 1946 году. Уникальной собаке — необычная жизнь.

P.S. На заглавном фото — Джульбарс

На втором фото — работа собаки минно-розыскной службы

На третьем фото — памятник собакам-подрывникам в Волгограде

 

Рейтинг
последние 5

Велена

рейтинг

+2

просмотров

688

комментариев

14
закладки

Комментарии