Почему Дмитрий Донской бился не под знаменем?

Дмитрий Донской

Одной из загадок Куликовской битвы является более чем странная история с обменой доспехами и конями князя Дмитрия и боярина Михаила Бренка. Как мы помним, Дмитрий снял княжеские доспехи и, отдав их вкупе с конем Михаилу Бренку, оставил его под знаменем, сам уехал в передовой полк на чужом коне и в простых доспехах. 

Перед Куликовской битвой. Миниатюра XVI века.

Перед Куликовской битвой. Миниатюра XVI века. 

Что бы сие значило? Можно, конечно, допустить, что это очередное сочинительство безвестного автора "Сказания о Мамаевом побоище"(1) , благо с фантазией у него было все в порядке - и мертвый Ольгерд литовское войско на Москву ведет, и татарин-мусульманин Мамай к Перуну и Хорсу взывает.

Однако, вообще говоря, в его выдумках обычно прослеживается некая логика или хотя бы следование шаблону. Мамай поганый, значит, язычник, значит, должен к идолам взывать. Вон, у французов в "Песни о Роланде" мавры из Кордовского эмирата Аполлона и Юпитера славят. С Литвой Москва враждует за русские земли, значит, изобразим, как подлые литвины хотели нашим в спину ударить (а когда умер Ольгерд, во времена написания "Сказания, более чем сто лет спустя после Куликовской победы, уже мало кто помнил). Почитаемого в только что подмятой Моской Рязани князя Олега Ивановича сделаем из ведущего свою политику государя предателем. Александр Пересвет, боярин брянский, уже однозначно превращается в монаха и становится участником эпического поединка с печенегом (!!!). И так далее.

Но какой смысл в истории с переодеванием, чего ради было ее выдумывать? Аналогов тоже не припоминаю. И простой небрежностью, вроде именования "князя" (темника) Мамая "царем" (ханом), чего современные битве русские источники себе не позволяли, тут тоже дело не решается.

Позднее изобрели дивное объяснение: оказывается, Дмитрий сделал это, чтоб войско не смущалось, если флаг упадет и сражающиеся под ним погибнут - мол, зато князь, может, и жив. У меня просто слов нет для определения гениальности такого объяснения. Нет слов и для описания того "воодушевляющего" эффекта, что окажет на войско факт бесследного растворения князя неизвестно где. Ну, или еще немногим лучше - факт нахождения его в первых рядах, среди, фактически, смертников.

Митрополит Киприан у ног Христа. Фрагмент иконы.

Митрополит Киприан у ног Христа. Фрагмент иконы.

На мой взгляд, многое объясняет малоосвещаемый официальной историографией факт: на момент битвы князь пребывал отлученным от церкви митрополитов Киприаном(2). Что самое интересное, мы знаем об этом из письма Киприана к Сергию - тому самом Сергию Радонежскому, что многими десятилетиями после сражения внезапно объявится на страницах его описаний "благословляющим" анафемствованного князя(3). (на случай, если кто станет твердить, что "Киприан не анафемствовал Дмитрия, а только отлучил" - вот мнение человека, в вопросе безусловно компетентного: На богословском языке отлучение от Церкви есть анафема. И, соответственно, верно обратное определение: анафема есть не что иное как отлучение от Церкви(4)).

На самом деле, как мы знаем из третьего письма Киприана Сергию, Сергий его анафему поддержал, и, по всей видимости, распространил - а об этом можно судить по количеству списков, в котором дошло до нас содержащее отлучение письмо Киприана.
Летом 1380 года Киприан находился в Константинополе, куда поехал жаловаться на Дмитрия. Снять оттуда отлучение он не смог бы даже при желании - не было еще ни телеграфа, ни радио, ни сотовой связи. Покинув Москву летом 1378 года, он прибыл в Константинополь весною 1379 - вряд ли обратно он мог добраться быстрей.

Хуже того, кандидат в митрополиты, выдвигавшийся самим Дмитрием, Михаил-Митяй, русский, а не грек или болгарин, выходец из белого духовенства, стоявший, в отличие от Киприана, епископа суздальского Дионисия и Сергия Радонежского, за независимость русской церкви от Константинополя, приплыв в Константинополь летом 1379 года, почти тут же умер.

О смерти, ожидавшей Митяя в Константинополе, перед его отъездом откровенно говорил тот же Сергий.
Итак, посмотрим теперь на начало Куликовской битвы с этой позиции.

Великий князь отлучен от церкви, его ставленник умер - что многими могло восприниматься как доказательство неугодности Митяя - и его покровителя! - Христу. Сам Дмитрий Иоаннович не мог не чувствовать себя более чем неуютно.

Орда

Орда

Но Мамай и его орда не собирались считаться с этим. Орда шла на Русь. Орду надо было остановить - но как, если во главе войска стоит отлученный, неугодный богу князь-анафема?!

Сам князь Дмитрий, такой же средневековый христианин, как и большинство его подданых, не мог не думать об этом.
И вот, накануне битвы, великий князь решается на поразительный шаг. Он перелагает княжеские регалии на плечи друга, не задетого анафемой Киприана приближенного. Делается это в прямом смысле перед богом - перед ликом Спаса на черном московском знамени, ратной иконой Москвы. Теперь Христу не за что гневаться на московское войско - во главе его не отлученный, не анафема, а благоверный православный христианин. Сам же Дмитрий уходит простым воином в передний полк, отдавая себя на суд божий - не как князь, а как простой человек. Становится в один ряд с нехристями и двоеверцами с северного Белоозера и языческой Литвы.
После боя, очнувшийся, он наверняка испытал большую радость, чем мы это представляем себе сейчас. Не просто лично он уцелел, не просто войско выиграло битву - бог явил волю,вседержитель рассудил, и признал его, Дмитрия, правым. Отлучение снято - снято волею высшею, чем воля митрополита и самого патриарха. Не только жизнь, не только победа - примирение с богом.

Дмитрия Донского находят после битвы. И. Глазунов.

Дмитрия Донского находят после битвы. И. Глазунов.

Так - если он руководствовался предполагаемыми мною мотивами - должен был понимать происходящее князь Московский. Так это должны были воспринимать его православные подданные. Так, судя по всему, понял это и Киприан, в 1381 году вернувшийся в Москву и примирившийся с Дмитрием - ненадолго, правда, до своего бегства из оставленной на него Москвы перед наступающей ордой Тохтамыша.

Но те, кто сражались рядом с ним, подданные литовских и белозерских князей, может быть, обратили внимание на иное - израненного, упавшего князя прикрыла ветвями упавшая, срубленная в жестокой сече береза - одно из священных деревьев языческой Руси.

Похожие статьи:

ИсторияСтояние на Угре

Древний мирТамерлан

ИсторияНа Куликовом полигоне

ИсторияМамай из рода князя Кия

ИсторияРусь, Орда и Литва

Славяне

рейтинг

+8

просмотров

7584

комментариев

3
закладки

Комментарии