Две тайны одной прялки

Две тайны одной прялки

Две тайны одной прялки причастные к культу Перуна.  

Две тайны одной прялки

Донце прялки.

1. Славянский ритуальный жест защиты от Грома

Говоря более точно, мы будем рассматривать не всю прялку, а только одну из её частей - донце, то есть подставку, фото которой впервые представил широкой публике академик Б.А. Рыбаков в своей книге «Язычество древних славян» (М. 1994, с. 459). К сожалению, в настоящее время неизвестно место нахождения этого объекта, нет его полного изображения, даже само донце на имеющемся снимке видно не в полном объёме. Однако, видимое изображение, особенно его верхняя часть, весьма интересно и значимо.

Рисунок на донце рассматривается исследователями, начиная с академика Б.А. Рыбакова, неполно. В основном всех интересует «громовой знак», «колесо Юпитера», «знак Тараниса», помещённый внизу человеческой фигуры, поза которой уникальна. Такое изображение нигде более не встречается, в отличие от «восьми лепестковой розетки» - знака широко распространённого в резьбе по дереву и камню, росписи, вышивке, кружевоплетении разных народов и которому посвящено множество исследований. Мы же будем рассматривать изображение в целом.

Понять замысел автора донца, изобразившего бородатого мужчину с широко раскрытым ртом (в который вставлялась вертикальная часть прялки) и перекрещенными руками, поднятыми к плечам, поможет стихотворение советского поэта-фронтовика А. Межирова, в котором он описывает свои ощущения и действия при посещении заведения с очень громкой музыкой:

«Жарь, гитара, жарь гитара, жарко!
Барабанных перепонок жалко,
Чтобы не полопались оне,
Открываю рот, как на войне
При бомбёжке или артобстреле…

Электрогитара экстракласса,
Вопль её воистину велик…» («Сетунь»)

Итак, открытый рот является спасением от мощной звуковой волны. Вспоминая хроники ВОВ, перед глазами всплывают окна домов, крест - на - крест заклеенные полосками бумаги для сохранения стекол от вылета во время бомбёжек.

Прялка

Такую же крестообразную защиту руками, мы видим на донце рассматриваемой прялки, потому что предельная сила звука может не только разорвать барабанные перепонки, разбить стекло, но и сбить человека с ног, а ударив в грудь, сломать ему рёбра.

Первыми и изначальными в ряду таких «воплей великих» от музыки, артиллерийских залпов, ковки металлов и пр. стоят грозовые раскаты, производимые согласно славянской мифологии громовержцем Перуном. Громовой знак внизу изображения мужчины подтверждает наше предположение о том, что здесь показан человек в эпицентре грозы в позе защиты от грома.

Точно такой жест защиты зафиксирован в детских играх, многие из которых являются реликтами языческих игрищ взрослых и подражанием забытым ныне ритуалам, отражающим мифологические события. Например В. Топоров считает, что игра в «салочки» являет собой реплику «основного мифа», в котором Громовержец догоняет и поражает (или ставит отметину, салит – мажет) Противника.

Один из вариантов игры выглядит так: для получения передышки «Преследуемый, достигнув «дома», кричит: «Чур не я. Дом!»…Для надежности он может скрестить руки на груди, положив ладони на плечи… или скрестив их так, чтобы ладони оказались подмышками...» /после чего догоняющий не имеет права его салить/ (В.Н. Топоров «Об отражении некоторых мотивов «основного» мифа в русских детских играх (прятки, жмурки, горелки, салки-пятнашки)» в сборнике «Балто-славянские исследования, XVI» М. 2004, с.39).

Ещё один пример «спасения»: «…когда водящий вот-вот настигнет убегающего и тот вынужден остановиться (что бы спастись), став «столбом» или присев на корточки, скрестив в обоих случаях руки на груди и произнося слова Чур меня! Чур меня! …» (Там же, с. 47).

Пададирасана (поза уравновешенного дыхания)

Пададирасана (поза уравновешенного дыхания) 

В йоге поза скрещенных рук со спрятанными ладонями применяется для уравновешивания дыхания, которое может сбиваться, например, от бега или от страха. То есть, убегающие славянские дети приняв защитную позу, утроив себе паузу в игре, восстанавливали дыхание в полном соответствием с древней мудростью индийских йогов.

В современном спорте (хоккей) похожая поза - неподвижно скрещенные перед грудью руки со сжатыми кулаками, означает блокировку.

Знак блокировки в хоккее, правило 534

Знак блокировки в хоккее, правило 534

Сопоставляя примеры поз в играх, где дети имитируют погоню Громовержца за Противниками, с изображением на донце прялки, мы видим полную аналогию. Причём дети в этой позе кричат обережные слова, то есть их рты открыты. Не исключено, что мужчина в той же позе на прялке, мыслился так же кричащим магические слова защиты «Чур меня!».

Возможно, та же поза описывается в зачинах многих восточнославянских заговоров:
«Встану благославясь, выйду перекрестясь в чисто поле, …поклонюсь на все четыре стороны…», то есть человек вставал из положения сидя (сравни современный народный обычай «посидеть на дорожку») со словами типа «в добрый час!» или «С Богом!» и выходил на открытое пространство для поклона «на все четыре стороны» (аналог древнеиндийским Локопалам ) и посылал своё прошение Высшим Силам. С большой долей вероятности можно полагать, что это перекрещивание, то есть установка защиты в языческий период было подобно вышеописанным жестам, дошедших до нас в архаичных детских играх и на донце русской прялки.

В дополнение можно отметить и славянский обычай повязывать пояса и свадебные рушники через два плеча крест-накрест. Такая перевязь входила в женский повседневный традиционный костюм некоторых балканских славян, а у русских Тверской губернии и в Украине было приметой дружки, ответственного за охрану свадьбы от нечистой силы.

славянский обычай

Пояс, завязанный крест-накрест в современном языческом обряде

В Херсонской губернии до сих пор сохраняется обычай перевязывать таким образом новобранцев (Космина О. Ю. RusTM.Net - Символика пояса в традиционной культуре украинцев). Возможно, это память о форме "Николаевских" солдат царской армии, а может быть эта форма - невольная память о защитных свойствах косого креста.

Косой крест

Древний языческий символ – косой крест, изображённый руками, перевязью, или словесно защищал носившего его или осенённого им от гнева Громовержца, который проявлялся различно, в том числе ударом молнии в одного человека или в свадебный поезд, игровым или военным поражением.

Итак мы видим, что в восточнославянской культуре в моменты общения человека с высшей Силой Громовержца, проявленной грозой, или её имитацией в игре, или при вызове этой Силы путём языческой молитвы – заговора, человек принимал определённую защитную позу, о которой нам сообщают разные источники (художественное изображение, позы детей в играх, вербальные тексты), что повышает достоверность наших выводов.

2. Участие женщин в культе Перуна

Как известно из раннесредневековых письменных источников, в языческий период большинство славянских воинов почитали Громовержца Перуна. В народной культуре прослеживаются следы участия в культе Перуна не только мужчин, но и женщин, и один из этих следов связан с вышеописанным донцем.

Для полноценного завершения игр типа «салочки», в которых разыгрывается «Основной миф» (суть которого в поражении Громовержцем своего противника), убегающий должен быть пойман, и поражён (осален, стукнут) не смотря на имеющуюся защиту. Именно такое действо происходит в процессе эксплуатации рассматриваемой прялки. И совершает его женщина.

Нельзя не отметить некоторой комичности, возникающей при использовании этого приспособления. Судите сами: в открытый рот мужика, находящегося в позе защиты от грома (звуковой волны) хозяйка прялки, решившая заняться прядением, с нажимом вставляла вертикальную часть - стержень с навершием в виде пики, гребня, рогатки, лопасти (к сожалению, нет точных данных именно об этой прялке) на которую привязывала клубящуюся как туча кудель. Нить, выходящая из этой «тучи» походила на дождевую струю. Всё это выглядело как поражение человека в открытую пасть молнией, мыслящейся в народной традиции виде стрелы, сулицы, копья (то есть длинным стержнем), которые вонзаются в объект поражения.

Прясть

«Туча» - кудель со «струёй дождя», вызываемая женщиной

На мифологическом уровне, помимо предметного кода (стрела и пр.) молния имеет и человеческую ипостась, и ипостась эта – женская, с вариантами имён Молонья, Маланья, Огненная Мария:

«И делили они дары Господа,
……………….взяшеся…
…Святый Илия громы небесные,
А Мария стрелы и молнии…» (Д.Шеппинг «Мифы славянского язычества». М. 1997, с. 75).

Или:

«…Проговора свети Пантелиjа:
«Удри громом, Громовит Илиjа,
Удри ог(ь)ем, Огн(ь)ена Марnjа…» (А.Н. Афанасьева “Поэтические воззрения славян на природу).

В работе «Славянский код стрелы» приведены фольклорные и этнографические примеры, доказывающие факт владения славянскими женщинами стрельбой из лука. У этих женщин был пример Небесный сподвижницы Громовержца.

То есть в истории с донцем вырисовывается такая ситуация: «громом» (звуковой волной) поражает мужчина – бог Перун (изображение «громового колеса»), и от этой напасти есть способ защититься ритуальной позой. А «молнией» (вертикально воткнутой палкой), поражает женщина (в некоторых вариантах народных представлений это одноимённая молнии женщина, помощница, сестра или жена Громовержца) и от её удара, имитирующего электрический разряд, спасенья нет.

Далее, воткнув штырь в донце, хозяйка прялки садилась известным местом на донце с изображением мужика, защитившегося от грома, но поражённого колом- молнией. То есть женщина подминала несчастного под себя, чем и уничижала окончательно.

О роли нижней части женского тела в деле добывания победы хорошо и полно рассказано в работе выдающегося русского этнографа Н.И. Толстого («Очерки славянского язычества». М. 2003, «…Выходила потаскуха в чём мать родила», с. 494-498), где приведены примеры демонстрации врагу «ритуально чистыми» женщинами (то есть не ведущих половую жизнь) своих «срамных» мест во время боевых действий и в ритуалах отгона градовых туч у восточных и южных славян.

Похожее этноповедение отмечено и у кельтских племен, реликт которого можно видеть на картине, изображающей символ Франции Марианну во время Великой французской революции 1792 года. У кельтов женщины в отчаянно трудные минуты боя обнажали грудь.

Похожее этноповедение отмечено и у кельтских племен, реликт которого можно видеть на картине, изображающей символ Франции Марианну во время Великой французской революции 1792 года. У кельтов женщины в отчаянно трудные минуты боя обнажали грудь.

В заключении работы Толстой пишет о том, что использование «срамных» мест женщинами во имя Победы : «… при вооружённых стычках и при грозе и граде – отнюдь не сексуальный вызов, или провокация, или действие непристойное….или маневр, отвлекающий врага и мешающий ему вести огонь, …и уж во всяком случае он не считался постыдным и теми, кто исполнял этот обряд, и теми, кто был рядом с исполнительницами. … мужчины и дети при исполнении магического действия запирались в доме или хлеву. Они были пассивны, как пассивны они оказывались при подобных действиях и на огневых позициях. В женщин не стреляли – это был величайший позор. ХХ век изменил или разрушил прежние представления и устои » (Там же. С. 498).

Возникает вопрос, почему женщины приближали победу столь странным способом? Известно, что культы разных народов были сходны в одном – во всех них (культах) разыгрывались деяния Богов, прецеденты, дававшие примеры поведения людям. «Как делали Боги, так делаем мы» - общечеловеческий девиз всех религий. Как уже отмечалось выше, рядом со славянским Громовержцем иногда присутствовала женщина Молонья (с вариантами имени), владелица и метательница огненных молний.

Основным признаком молнии является блеск, сверкание, заставляющие наблюдателя моргнуть, то есть прикрыть глаза, а при особо яркой вспышке зажмуриться, прикрыть глаза рукой и отвернуться. Реальные женщины, желающие повторить деяние Молнии, могли вызывать подобные эффекты размахиванием факелами, пусканием зажжённых стрел, но это самый простой, незатейливый путь.

Прясть

Нужную реакцию окружающих (подобную реакции на блеск небесного электроразряда) вызывало и до сих пор вызывает экстравагантное поведение, то есть не принятые в обществе поступки, например, обнажение. Недаром до сих пор в речи используются такие обороты: при случайном (или неслучайном) обнажении нижнего белья или частей тела иногда говорят «идёт, сверкает трусами!», или «режет глаз своим декольте». Однако, современная дамская экстравагантность направлена во внутрь, на себя и для себя, а в древних ритуалах имела противоположную – вовне, для всех своих, против чужих.

Ратным ли делом занимались вышеописанные дамы? В случае с прялкой - «добивая» врага, принявшего позу защиты, то есть признавшего свою слабость, давя его задним местом? Или выходившие на стены осаждённых городов, когда силы мужчин – защитников слабели, и магией сверкающей наготы вносили свою лепту борьбе с врагами? В чистом виде – нет. Но они добивались победы вместе с воинами – мужчинами. А ритуалы, которые проводились для достижения победы, в славянской культуре и религии, несомненно, относились к культу Перуна.

Прялки изготовляли мужчины. Автор рассмотренного нами донца пошутил, но в его шутке просматривается не только доля истины, но и память об индоевропейской архаике, касающейся Громовержца.

Вся Слава Предкам!

Т. Блинова

Похожие статьи:

ТрадицииЗаговоры как одна из составляющих Традиционной Славянской Культуры

ФольклористикаКак оберегали невест от порчи, а мужиков - от недорода

Русское делоГоворить о русских - национализм?

Славянские обрядыПочитание природы в родной вере

Славянские героиРазмышления о Финисте - Соколе

Рейтинг
последние 5

Славяне

рейтинг

+11

просмотров

6283

комментариев

2
закладки

Комментарии