"Ты меня породил, а я тебя убью"

"Ты меня породил, а я тебя убью"

Удивитесь ли вы, увидев на улице автомобиль? Уверена, что нет. Пробки в мегаполисах стали привычным делом, и никто уже не будет в недоумении поднимать взгляд в небо, услышав гул от двигателей пролетающего где-то в облаках самолета. Да и от морского круиза на комфортабельном лайнере никто не откажется. К путешествиям на подобных транспортных средствах стремились и раньше: беспокойный изобретательский дух жил не в одном человеке. Если бы каждый опыт заканчивался благополучно, то мир уже давным-давно обзавелся бы привычными на сегодняшний день видами транспорта, еще сто лет назад казавшимися диковинкой, и давно "перерос" их, создав нечто новое. Но увы — изобретатели, привыкшие тестировать свои творения на собственной шкуре, далеко не всегда делали верные расчеты, и даже крошечная ошибка в их деле могла стать роковой.

 

Летать, как птица

С мифами античного мира детей начинают знакомить в школе, а я познакомилась с ними раньше — из адаптированной для детского чтения "Одиссеи". Тогда и заинтересовалась легендой о Дедале и Икаре. Пожалуй, этот миф наиболее красочно иллюстрирует удачное использование изобретения и его же фиаско.

Для тех, кто не читал или не слышал, напомню. Когда Дедал возвел на Крите свой Лабиринт, царь Минос не пожелал отпускать от себя талантливого изобретателя, и его гостеприимство было щедрым, но напоминало золотую клетку — и Дедалу, и его сыну было запрещено покидать пределы Крита. Но хитроумный грек решил, что раз для отступления недоступны ни вода, ни земля, то нужно "делать ноги" по небу. Он набрал перьев, сплел каркас, скрепил все это богатство между собой при помощи нитей и воска, и в результате у него получилось две пары крепких крыльев. Выбрав момент, Дедал закрепил одну пару на руках Икара, а вторую — на себе, и, взмахнув изобретением, поднялся ввысь. Он предупредил сына, чтобы тот не опускался близко к воде, чтобы соленые брызги не намочили перья, и не поднимался слишком высоко в небо, чтобы солнце не растопило воск. Юноша поначалу помнил о наставлениях отца, но постепенно восторг полета вытеснил их из головы Икара. Он взлетел выше птиц, стремясь добраться до сияющего Гелиоса, но получилось точно по предсказанному Дедалом сценарию — мягкий воск быстро растаял под палящими лучами, и перья вылетели из каркаса. Икар камнем полетел вниз — море, в котором он погиб, назвали Икарийским. Впоследствии его тело нашел и похоронил Геракл. А Дедал еще долго кружил над местом гибели сына, прежде чем продолжить путь.

Да, миф. Но, как показывает опыт, полученный человечеством за тысячи лет, дым без огня случается очень редко. Так и в случае с Дедалом и Икаром — многие исследователи убеждены, что у этих героев были вполне реальные прототипы, но все же к ним привыкли относиться просто как к персонажам из античных легенд. Но этот полет стал своеобразным толчком для многих и многих умов, которым хотелось парить, как птицы. Уж они-то не повторят ошибку Икара, и не станут подниматься выше облаков!

Но, чтобы не взлетать на опасную высоту, для начала нужно хотя бы оторваться от земли. Это удавалось немногим, не удалось и Исмаилу аль-Джахари. Знаменитый в начале XI века философ, он с увлечением изучал языки и даже составил самый полный для своего времени толковый словарь. Но попытка взлететь не привела ни к чему хорошему — языковед закрепил на спине самодельные деревянные крылья и не придумал ничего лучше, чем спрыгнуть с высокой крыши. Крылья подвели.

На Руси тоже был "летчик-испытатель", Иван сын Трофимов. В отличие от предшественников, ему полет удался — уж не знаю, в чем было принципиальное отличие его крыльев от всех прочих, но при прыжке с вершины Распятской колокольни изобретатель не только не разбился, но и успешно преодолел какое-то расстояние. Увы — власть инновацию не смогла оценить по достоинству, а потому холопу отрубили голову, а крылья, предварительно сбрызнув святой водой, спалили на костре. Ибо негоже человеку летать, так как он не птица. Значит, полет — от лукавого. Да и вообще не везло доморощенным икарам — среди архивов можно найти около сотни имен тех, кому самодельные крылья сослужили плохую службу.

А если не птица?

Постепенно ошибки, за которые изобретатели расплачивались собственными жизнями, наконец-то навели человечество на мысль, что если использовать просто крылья, то это чревато последствиями. Одним из пионеров современной авиации стал конструктор планеров, Отто Лилиенталь.

Позднее его идеи нашли отражение в трудах Николая Жуковского, и братьев Райт. Сам же конструктор разбился при испытании одного из своих творений — конструкция не была рассчитана на шквалистый ветер, и перевернулась в самый ответственный момент. В его честь назвали один из берлинских аэропортов.

Инженеры-конструкторы из США — Гарольд Блейк и Генри Смолински — в 1970-х создали уникальное транспортное средство. Им стал летающий автомобиль, собранный на базе Ford Pinto и самолета Cessna Skymaster. По задумке изобретателей, сия конструкция должна была ездить, как обычная машина, а в случае необходимости могла выпускать складные крылья, отрезанные как раз от Cessna Skymaster, чтобы совершить перелет.

Но именно из-за того, что крылья были взяты от принципиально другого транспортного средства, для которого они и проектировались, прочность элементов была нарушена: при испытании чудо-машины во время полета в 1973 году одно из крыльев сломалось. В катастрофе погибли оба испытателя, а их идея нашла воплощение в французском фильме о Фантомасе — там главный злодей передвигался на чем-то похожем.

Самое начало XXI века. Вроде уже пора отставить в сторону безумные эксперименты, несущие колоссальную опасность для жизни, но нет — и в наши дни все еще находятся изобретатели-экстремалы. Среди них и Майкл Дакр, целью которого было создание воздушного такси.

Он видел его как небольшое, беззвучное пилотируемое судно, взлетной полосой для которого могли послужить обычные крыши городских многоэтажек. Проводить испытание Дакр не доверил никому — все-таки он и сам был одним из пионеров авиации в Великобритании, да и возраст (53 года) еще позволял. “Летающее такси” благополучно преодолело почти 250 км, но затем что-то пошло не так, и Дакр разбился на испытательном образце к северу от Куала-Лумпура в августе 2009 года.

По воде, как по земле

Попытки покорить водную гладь тоже не всегда заканчивались успехом. Вспомнить хотя бы Робинзона Крузо — вроде и человек был цивилизованный, и представление о морском деле имел, и как лодка выглядит, — знал. Но ошибся с породой дерева и в итоге начинал работу сначала.

На “большой земле” никогда не прекращались попытки создать что-нибудь этакое, чтоб и прямые функции выполняло, и было непохоже на другие. Так появилась подводная лодка. Одну из них — первую, сумевшую "проявить себя в бою" — спроектировал Хорас Лоусон Ханли, инженер из США.

Получилось вполне “бодрое” судно, которое не просто прошло испытания, но и участвовало в бою, успешно затопив фрегат противника. Но в августе 1863 года субмарина, будучи пришвартованной к пароходу, перевернулась по непонятным причинам и пошла ко дну. Было решено не оставлять ее на произвол судьбы — подлодку подняли, привели в надлежащий вид, и Ханли решил испытать ее надежность еще раз. Часть из запланированных задач субмарина выполнила, но в итоге уже в октябре не сумела всплыть на поверхность: вместе с ней погиб и сам Ханли, и несколько членов экипажа.

В 1898 году один из российских инженеров спроектировал судно-заградитель, на котором была установлена автоматизированная система расстановки мин. Проект одобрили, и уже в 1901 году с верфей Балтийского завода сошел красавец “Енисей”.

За время своей службы он трижды устанавливал мины, общим числом около 400 штук. Но в 1904 году “Енисей” подорвался на своей же закладке, и пошел ко дну у порта Дальний. Было ранено около 40 человек, погибло почти 90, среди которых — капитан 2 ранга, В.А.Степанов.

Схожая судьба постигла и конструктора печально известного “Титаника”. Томас Эндрюс отправился в путешествие на своем детище, разделив с ним его единственный рейс. После столкновения с айсбергом (если оно, конечно, было — слишком много версий гибели корабля расплодилось в последние годы) капитан вызвал Эндрюса, и попросил того оценить ситуацию.

Конструктор, взвесив все “за” и “против”, сделал вывод — “Титаник” скоро погибнет. Так и вышло, и Эндрюс сделал все, чтобы спасти как можно больше людей, взяв на себя руководство спуском шлюпок и раздачей спасательного снаряжения. Он погиб вместе с кораблем, но тело его так и не нашли.

С небес на землю

Молодой латыш, работавший в тамбовской ЧК, Валериан Абаковский, спроектировал аэромотовагон. Крытая дрезина передвигалась по железнодорожным рельсам за счет авиационного мотора, потреблявшего небольшое количество горючего, и пропеллера.

Собрали ее тут же, в одной из местных железнодорожных мастерских. Если бы проект стал удачным, то проблема расстояния просто перестала бы существовать. Дрезина развивала приличную скорость, до 140 км/ч — при испытаниях на участке Москва-Тула она добралась до столицы в рекордно короткий срок. На обратном пути произошла катастрофа: рельсы не были рассчитаны на такую нагрузку, и аэровагон попросту с них слетел. В числе семерых погибших оказался и сам Абаковский, и близкий друг Сталина Ф.А.Сергеев, и двое коммунистов из Германии и Австралии, приехавших дать оценку изобретению. Несмотря на катастрофу, аэровагон признали (хоть и не поставили на поток), а Валериана Абаковского похоронили в братской могиле возле Спасской башни.

Примерно в тот же период австрийский физик Макс Валье планировал создать собственный автомобиль с ракетным двигателем.

Все эксперименты проводились при поддержке компании Opel, и их результат был ошеломляющим: первый заезд, в котором испытывали автомобиль, превзошел ожидания Валье. Второй же стал роковым для физика, лично сидевшего за рулем: к машине была прикреплена ракета со спиртом, который выполнял роль жидкого топлива. Во время испытаний она взорвалась, а Валье убило стальным осколком от цилиндра, который попал ему точно в голову.

В свое время механик Фредерик Дюзенберг был весьма знаменит. Он был создателем одноименной марки автомобилей, а в числе его изобретений значится тормозная система, при которой равномерно замедляются все колеса. Она, кстати, используется до сих пор.

В 1931 году Дюзенберг заявил, что 160 км/ч — далеко не предел для автомобиля, и скоро это значение превратится в норму. Пытаясь доказать, что и его машины способны развивать подобную скорость, он попал в аварию на мокрой дороге, и через несколько недель скончался от полученных травм. Имя изобретателя увековечено в Зале славы автотранспорта США.

Создателем первого мотоцикла можно считать американца Сильвестра Роупера. По сути, это был своеобразный гибрид двухколесного велосипеда и паровой машины: под сиденьем конструкции располагался паровой двигатель, имелась небольшая топка, в которую периодически требовалось подбрасывать уголь.

Пар приводил в движение заднее колесо, а сила подачи регулировалась при помощи рукоятки, расположенной на руле. Роупера не смущали клубы дыма и грохот, которым сопровождалось его передвижение на чудо-устройстве — он ведь добился своего, сделав езду на велосипеде “легкой и приятной”. На него даже в суд подавали, так как он просто мешал людям жить, но дела закрывались одно за другим — в Конституции США того времени еще не было подобных законов, которые могли бы запретить Роуперу ездить на собственном изобретении, так что формально он ничего не нарушал. Но, видимо, его настигла карма (а может, и помог кто-то, ибо нельзя бесконечно и безнаказанно бесить окружающих) — Роупер упал со своего транспортного средства, получив травму головы, несовместимую с жизнью. Ему было 73 года.

Еще одним человеком, погибшим от собственного изобретения, стал Джими Хеселден. Фактически он не был изобретателем сегвеев (настоящий — Дин Кеймен), но ему принадлежала компания по их производству. Эти устройства представляют собой электросамокаты, в которых колеса находятся по обе стороны от водителя. Сегвеи стали весьма популярны в последнее время, но, как говорится — никто не застрахован. Хеселден катался на сегвее, не справился с управлением и погиб, сорвавшись с обрыва в реку.

 

Сколько их? Именитых и не очень, известных и безымянных. В бесконечных попытках улучшить жизнь — как свою, так и окружающих, изобретатели в прямом смысле не щадили (и не щадят) живота своего. Может, когда-нибудь человечество и эволюционирует до безопасного конструирования транспортных средств, но что-то мне подсказывает, что в ближайшую сотню лет этого не произойдет.


 

Рейтинг
последние 5

Велена

рейтинг

+2

просмотров

836

комментариев

17
закладки

Комментарии