Живая кухня

Живая кухня

Со времен зарождения жизни на земле, эта самая жизнь больше всего озабочена вопросами собственного существования, одним из которых числится банальное “Что бы съесть?”. Так думает и крошечная букашка, и, естественно, венец творения — человек. Только вот если букашка предпочитает привычное меню, направленное не на удовлетворение вкуса гурмана, а на поддержание жизнеспособности организма, то представитель “высшей расы” — с точностью наоборот. Вот и появляются на ресторанных кухнях, а затем и на столах, блюда “с душком”, продукты, которые следует употреблять только в замороженном виде, и даже те, кушать которые нужно только… живьем.

 

 

Обычно, если посетитель общепита обнаруживает в своем заказе насекомое, то это становится причиной скандала. Со мной таких случаев не бывало, но, наверное, предпочла бы не просто поменять блюдо на новое, но и покинула само заведение. И вообще зареклась кушать где-то, кроме собственного дома. Конечно, персонал извинится, и денег за испорченный заказ — не возьмут… Но невкусно.  

А вот посетители ресторана Нома, находящегося в Копенгагене, не только не будут учинять разборки, но и щедро приплатят за жучков-паучков в салате. Правда, какие-нибудь второсортные мухи или гусенички не подойдут: нужны только муравьи. Порция салата, по которому лениво передвигаются насекомые, обойдется гурману почти в $300.

Представляете? Если в обычном кафе за муравья в тарелке Роспотребнадзор вышибет дух из владельца, то в копенгагенском ресторане чужеродная живность является особой “фишкой”, которой славятся местные повара. Вообще, сложно представить, чем таким особым они славятся — всех дел, накрошить щепотку обмороженных муравьев на лист салата, и с умным видом подать к столу. Обмороженных — потому что насекомых перед заказом охлаждают, чтобы не разбегались во все стороны. Гурманы считают, что муравьи придают салату особенный, кисловатый привкус. Видимо, с обычным лимонным соком в Дании проблемы, раз для подобной цели приходится прибегать к такому экзотическому способу. В пользу лимонного сока говорит и то, что он не норовит цапнуть вас жвалами после того, как отогреется.

Еще одно “живое” блюдо — Одори Эби. Готовят его в Китае и Японии, и повар должен иметь очень высокую квалификацию, чтобы верно рассчитать… словом, он должен быть ловким и умелым. Рецепт примерно следующий: нужно взять свежую живую креветку, и снять с нее панцирь вместе с головой так, чтобы ракообразное продолжало подавать признаки жизни. Отделенная часть быстро обжаривается во фритюре, и подается клиенту вместе с той, что шевелит лапками. Со стороны это выглядит так: человек берет палочками шевелящийся кусок креветки, и на несколько секунд опускает в пиалку с крепким алкоголем, чтобы норовящее сбежать блюдо опьянело и прекратило сопротивляться. По истечении этого времени креветка извлекается из пиалки, и съедается. Закусывают обжаренной частью, запивают все из той же пиалки. Креветки весьма бойкие создания, причем не только в целом виде: даже будучи разделенной на несколько частей, она продолжит отстаивать свое право на жизнь, изо всех сил брыкаясь и выворачиваясь. Для этого и нужно “замачивание” в алкоголе. Блюдо ведь так и называется, Одори Эби — “пьяная креветка”.

 

Еще одно дивное по своей жестокости блюдо готовят в Корее. Называется оно саннакчи. Никаких особых умений для его приготовления повару не требуется: достаточно смешать кунжутные семечки и масло. Ну и добавить основной ингредиент — маленького живого осьминога. А все остальное приходится делать самому заказчику. Ему придется отрезать осьминогу щупальца, обмакнуть их в масле, ухитрившись при этом зацепить семена, и отправить в желудок. Конечно, можно и не резать, но в этом случае придется понадеяться на то, что пищевод гурмана выдержит натиск желающего отправиться домой, в море, осьминога. Дело в том, что даже после отрезания присоски на щупальцах еще какое-то время продолжают исправно выполнять свою функцию, а стенки пищевода — вполне пригодная поверхность. Никакое масло не поможет. А уж если отправить в рот целого осьминога, то есть большой риск подавиться: неудавшийся завтрак будет сопротивляться и в итоге благополучно застрянет на пути в желудок. Словом, приятного будет мало, так что рекомендую гурманам из числа читателей (хотя вряд ли отыщутся подобные храбрецы) быть поосторожнее с саннакчи. Прилипнет.

 

Следующее блюдо придется по вкусу только садистам. Я и раньше слышала о том, что в ходу лягушачьи лапки, — многие знакомые из числа заядлых туристов нахваливали, мол, вкусно, как курятина. Лично для меня это — табу. Но в азиатских ресторанах посчитали, что просто лапки — слишком банально, и какой-то злобный повар создал рецепт этого блюда. Сашими с лягушкой, прошу не любить, и ни в коем случае не жаловать. Квакушку потрошат, извлекая некоторые органы, а из остатков варят суп. Итоговое блюдо выглядит как пиалка с этим супом, и рядом — маленькая тарелочка с извлеченными ранее органами, в числе которых — лягушачье сердце.

 

Обычно туристы, оказываясь в стране с экзотической кухней, стараются разузнать заранее, что из предложенных незнакомых блюд окажется наиболее подходящим для непривычного к такой “вкуснотище” желудка. Но иногда бывает наоборот: приходит человек в японский ресторан, и выбирает блюдо исключительно по названию. И, скажем, приглянулось ему нечто, теоретически съедобное, значащееся в меню как икизукури. И человек заказывает. Ему предлагают выбрать живую рыбку в аквариуме, он наставляет пальчик, и повар готовит “избранницу” самым простым способом: варит, жарит, парит — на выбор посетителя. А необычность блюда в том, что, пока гурман будет кушать, на него будет смотреть рыбья голова, еще некоторое время продолжающая подавать признаки жизни. Как у людей до такого фантазия доходит? Честное слово, я человек с бурным воображением, но до такого никогда бы не додумалась. Да и кусок бы в горло не полез. Мораль: всегда уточняйте, какое блюдо значится за симпатичным на первый взгляд названием.

Следующее блюдо зародилось очень давно. Его не то чтобы изобрели… просто однажды жители какой-нибудь приморской деревушки настолько оголодали, что пришлось искать выход из ситуации вне привычных рамок. Он был найден, и от истощения людей спасли морские ежи. Народ не бесился с жиру, но все же сумел отделить зерна от плевел (читай — съедобную часть от несъедобной), и вполне спокойно пережил голодное время. Но морские ежи из рациона уже никуда не делись. Кушают их и сейчас… Съедобного в них мало: молока у самца, и икра — у самки. Ежа вскрывают ножницами или специально предназначенной для этого открывалкой, и выгребают ложкой все съестное. Еж никуда не норовит уползти, не кусается, но может жестоко отомстить своему пожирателю: иголки морского обитателя очень острые, и столь же хрупкие. Одно неверное движение, и вот вы уже счастливый обладатель крошечной. но невероятно болезненной занозы.

 

Венчает сегодняшний парад “живых” блюд касу марцу, который еще называют прыгучим сыром. В Европе его вроде бы даже запретили, но на родине, острове Сардиния, любят и почитают.

Готовится он из обычного овечьего сыра. Берется увесистая голова, закладывается в дальний угол какого-нибудь амбара, и, когда начинается естественный процесс гниения, местные гурманы нашпиговывают будущее “лакомство” личинками сырных мух. По мере роста они уплетают сыр, и выделяют особую жидкость, которая размягчает касу марцу. Готовность определяется по степени “воздушности” — чем мягче сыр, чем больше в нем личинок, — тем вкуснее. Непосвященные любители перед употреблением выковыривают опарышей, но, если на пути касу марцу попадается истинный гурман своего дела, то поварам придется искать новую партию личинок, ибо ценитель сардинского сыра съест все подчистую. Вместе с личинками.

Но это еще не все сюрпризы касу марцу! Если бы в нем просто сидели личинки, то это еще полбеды. Проблема в том, что они удивительно прыгучи, и, когда проголодавшийся любитель тухлого сыра приступает к трапезе, личинки выпрыгивают из сыра, довольно часто попадая гурману в глаз.

Стоит упомянуть и устриц. Да, их тоже приходится употреблять в пищу живьем, так как они весьма скоропортящийся продукт. Но из всех существ, перечисленных в этой статье, только устрицы никоим образом не могут повлиять на процесс их поедания и укоризненно посмотреть на ценителя экзотической кухни.

 

И под занавес — личное мнение автора, буквально два слова. Пока работала над статьей (и до этого, и после), меня мучил один вопрос… Неужели человечество настолько начало беситься с жиру, чтобы изобретать вот такие “рецепты”, употреблять еще шевелящихся существ в пищу, да еще и нахваливать? Неужели это становится нормой? Наверное, мне этого никогда не понять.

 

Рейтинг
последние 5

Велена

рейтинг

+2

просмотров

728

комментариев

13
закладки

Комментарии